Библиотека

Гарусный платок стр. 5

Размер шрифта
-
+
Тема

изгибался, затягивая подпругу. Потом взялся за хомут.

– Не плохо, не плохо. Так вот его наопрокид надевай, – похвалил Спиридон Миньку. – А я, это, первый-то раз клещами вовнутрь надел. Хозяин надо мной целое лето подтрунивал. И шлею раз спутал так, что и распутать не смог. Эко все ладно получается у тебя. Да ты, парень, настоящий мужик.

Как уж удалось Миньке – подскакивая, он разметал шлею на коне и под хвост смело ее заправил, и тогда Спиридон сунул руку за хомут, обшарил шею с обеих сторон и прищелкнул пальцами.

– Угадал, парень, как раз пришелся. Глаз мой ватерпас. Артиллерийский! Ага, – не меньше Миньки радовался Спиридон. – Это мы с отцом твоим еще в единоличное время запрягли коня и к девкам в другую деревню махнули. А запрягали крадче от родителей и ночью. Гоним коня, а что бы пощупать под хомутом. Утром деда твой Ефим Васильевич пошел коням сена дать, а Серко припотелый. Глянул на плечи – до крови сбиты. Попало тогда отцу твоему. Надо ой как беречь плечи коня. В плечах весь конь, понял? Давай-ка заводи в оглобли, и я гужи малость поубавлю.

Минька и дугу закладывал по-своему, как позволяли силы: один конец ее в землю упер, другой в гуж заталкивал, затем повернул ее в гуже и на другую сторону перекинул. Супонь затянуть – для Миньки самое главное в запряжке. Он чумбур к супони привязал и тем самым продлил ее, опоясал себя и обеими ногами в клешню уперся, ведь вся сила в спине.

– Экой ловкий, экой проворный, – похвалил Спиридон, а Минька уж и вожжи «братским узлом» подвязал, подволок козлы дровяные и с них дотянулся до колечка дуги и повод в него продернул. Тут и Гнедко помог: голову ниже опустил.

– Миня! – хлопнул руками Спиридон. – Да ведь Гнедко-то нарочно наклонился. Ага. Как по заказу конь тебе достался. А то был у нас ране меринок, все, холерный, против делал. Ты его стегнешь, а он останавливается да оглядывается, вроде ждет еще, будто не кнута – овса ему дают. Пахать поедешь – в борозду ляжет и, хоть ты убей его, не поднимется. А какой был проворный – ртом паутов ловил. А коли удержать его хочешь – прет тебя на вожжах, губы издерешь ему, кровь брызжет, а он прет, и баста. Мешанку на муке любил, учует, тут уж не сладишь с ним, из бороны прямо к колоде бросается и по-собачьи хватает. Продали непутного. А у тебя Гнедко – молодец. Давай садись в сани да прокатимся.

– А что зря-то кататься, дров привезти надо, – важно сказал Минька.

– И то верно. Клади топор и пилу, – подмигнул Спиридон.

Деревня Минькина таежная – и хоть сейчас же останавливайся и руби. Но заехали подальше: там нынче после пожара уйма сухостоя. Одну лесину раскряжуешь – воза на два хватит. Последнее время дед все тоньше и тоньше сухостоины валил, сил не хватало закатывать в сани, хоть малость помогал Минька. С дядей Спиридоном можно и большую свалить.

– Ну, давай выбирай, Иваныч, а я покурю, – как ко взрослому, обратился Спиридон.

В лесу твердый мартовский снег. По нему осторожно нужно идти, чтобы не провалиться, а уж если провалишься, по уши уйдешь в снег. Потому Минька

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.