Гибель титанов ч.1 стр. 41
если удастся купить ее у пугливых крестьян.
— Чего делать-то надо? — спросил, наконец, Волк, когда вытер усы и бороду. К изумлению Косты, на этом ритуал не закончился, и сын боярский достал из наплечной сумы богатый гребень и тщательно расчесал свою мужскую красоту. Егеря — не воины. Им бороду брить Устав не велит. Что же это за мастер потайных дел, когда за милю видать, кто он и кому служит?
— Для начала нужно не дать местным варнакам распустить меня на ленты, — горестно вздохнул Коста.
— Покажи мне, где они пасутся, и делу конец, — равнодушно пожал плечами Волк. — И еще место покажи, куда удобней трупы снести. Не хочу здешнюю стражу раньше времени всполошить.
— Их резать никак нельзя, — снова вздохнул Коста. — Точнее, можно, но не всех. И только если они меня убивать начнут.
— А есть за что? — остро глянул на него Волк.
— Есть, — кивнул Коста. — Я уже обозначился им. Если я еще раз покажусь в том районе, то они за мной хвост пустят. А потом непременно схватят.
— Так ты туда не ходи, — непонимающе глянул на него Волк.
— Так мне и надо, чтобы они меня схватили, — в очередной раз вздохнул Коста. — Без этого вообще ничего не выйдет. Я уже и так и этак думал. И дело наше без них никак провернуть не получится. Только парней своих напрасно положишь. Знал бы ты, до чего мне умереть боязно…
— Ты мне это всё зачем рассказываешь? — непонимающе взглянул на него Волк. — Я воин. Я умер тут же, как только судьбу свою выбрал. И мать уже оплакала меня по обычаю, как покойника.
— Но я-то не воин, — резонно возразил Коста. — Мне славная смерть в бою совершенно без надобности. И если я ошибусь, то умирать мне придется не одну неделю.
— Так чего ради ты так рискуешь? — непонимающе глянул на него Волк.
— Денег хочу, — честно признался Коста. — А ты, сын боярский, хочешь денег? Много, очень много денег.
— Хочу, — поморщился егерь. — Только я присягу не рушу. Род мой великий есть, а сам я знаменитого отца сын. Я честь семьи на деньги не разменяю.
— Я ведь тоже присягу давал, — твердо посмотрел на него Коста. — И тебе ее нарушать не придется. Мы сделаем то, что должны, а попутно заработаем много денег.
— Сколько заработаю я? — в лоб спросил Волк.
— Точно не знаю, — развел руками Коста, — но думаю, что столько, сколько сможешь унести. В золоте! И мы не нарушим клятву своему государю ни словом, ни делом. В этом я тебе памятью покойного отца клянусь. Ну что, ты готов?
— Коли так… — почесал густую бороду Волк, — то я в деле. Но если ты, ромей, меня в какой-нибудь блуд втравишь, то на ленты я тебя сам распущу. Тебе те варнаки покажутся сестрами милосердия из больницы княгини Людмилы. И в этом я тебе богиней Мораной клянусь и высшей справедливостью.
— Только давай на берегу договоримся!
Коста по достоинству оценил могучую стать нового партнера, сравнил ее со своей и пришел к одному очевидному, но совершенно неутешительному для себя выводу.
— О чем это? — непонимающе глянул на него Волк. — Сам же сказал, что каждый заработает столько, сколько сможет унести.
— Все, что добудем, делим поровну, — Коста протянул руку, а