Голубая лагуна [сборник] стр. 69
так как сейчас же отперла ящик и достала перевязанную бечевкой картонку, которую и вручила ему. Он развязал бечевку и вынул из картонки детский чайный сервиз: чайник, сливочник, шесть тарелочек; на каждом из этих предметов был нарисован цветочек анютиных глазок.
Это была та картонка, которую Эммелина вечно теряла, и потеряла безвозвратно, в конце концов.
Лестрэндж закрыл лицо руками. Он узнал эти вещицы: Эммелина однажды показала их ему в порыве откровенности. Они пришли к нему с вестью с беспредельного океана, всю ширь которого он тщетно исколесил в поисках, и тайна их появления потрясла и уничтожила его.
Капитан расставил вещицы на развернутой на постели газете и вынул ложечки из папиросной бумаги. Потом пересчитал их, как бы сдавая в них отчет, и также положил на газету.
— Где вы нашли их? — спросил Лестрэндж, все еще не открывая лица.
— Лет семь с лишним назад, — начал капитан, — пристали мы, чтобы запастись водой, к одному островку к югу от экватора. Среди китоловов он зовется островом Пальмы, — из-за пальмы, которая растет у входа в лагуну. Один из матросов нашел эту штуку в шалаше из сахарного тростника, который люди, кстати, разнесли, потехи ради.
— О-о-о! — простонал Лестрэндж. И никого, — ничего там не было, кроме этой коробочки?
— Люди говорили, что ни слуху ни духу, и что шалаш, очевидно заброшен, мне самому недосуг было высаживаться.
— Как велик остров?
— Да порядочный-таки. Туземцев там нет. Я слыхал — что остров этот табу, по какой-то прихоти дикарей. Так или иначе, вот моя находка. Узнаете вы ее?
— Узнаю.
— Странно, что она попалась мне, — продолжал капитан, — странно, что вы выпустили объявление, а ответ на него все время валялся с моим скарбом: но такова уж жизнь!
— Странно! — повторил тот. — Это более чем странно…
— Возможно, конечно, — продолжал капитан, — что они где-нибудь скрывались на острове, возможно, что и теперь они находятся там, без вашего и моего ведома.
— Они там, — отвечал Лестрэндж,
уставясь на игрушки, словно читая в них скрытую весть. — Они там. У вас имеется положение острова?
— Как же. Хозяйка, подай сюда мой шканечный журнал!
Она достала из бюро толстую засаленную книжку и подала ему. Он нашел страницу и прочел долготу и широту.
— Я сделал заметку в тот же день, — вот она: «Адамс притащил на борт коробку с детскими игрушками из покинутого шалаша, который люди разметали, и продал мне ее за рюмку вина». Плавание продолжалось еще три года восемь месяцев; где тут помнить про находку? Зашли мы потом в Нантукет починиться, а затем снова в путь. В Гонолулу напала на меня водянка — и я вернулся домой. Вот и весь сказ. Толку в нем мало, но все же, как увидал я ваше объявление, подумал себе: посмотри, не выйдет ли чего.
Лестрэндж пожал ему руку.
— Вы видели, какую я предложил награду? — сказал он. — У меня нет с собой чековой книжки, но не позже; как через час, чек будет у вас.
— Ну, нет! — возразил капитан. — Если что из этого выйдет, я не прочь от маленького вознаграждения; но десять тысяч долларов за коробку в пять центов, — нет, я не из таковых!
— Я не могу заставить вас принять теперь деньги, — сказал Лестрэндж, не могу даже