Готовьте ваши денежки стр. 90
сделал… За обман насчет тети, за все те дни, которые ты провела со мной. Я знаю, тебе было нелегко. Надеюсь, что когда-нибудь ты меня простишь.
– Ты о чем, Марк?
– Ты свою работу выполнила, через пару дней вернется в город твоя тетя.
– А что будешь делать ты?
Марк пожал печами:
– Картину искать нет смысла. Возможно, мне удастся найти место, где держат моего сына. Но это уже совсем другая история. Ты, Женя, не имеешь к ней никакого отношения. Так что прощай, моя боевая подруга! – он попытался улыбнуться, но вышло это как-то жалко. – Ты отчаянная чертовка! Такая, как ты, нигде не пропадет!
На какой-то момент мне показалось, что сейчас Марк обнимет меня, но он встал, поднял воротник пальто и, ссутулившись, зашагал от меня прочь.
– А ты?! Как же ты? – срывая голос, крикнула я ему вслед.
Марк чуть обернулся, пожал плечами и пошел дальше. А я, как завороженная, смотрела на высокого мужчину в черном драповом пальто, который медленно уходил от меня по заснеженной мостовой. С неба снова начал крупными хлопьями валить снег. Уже через несколько минут мой попутчик скрылся в этой белой пелене. И только на припорошенной дороге осталась цепочка его следов…
Глава 9
Очнулась я от того, что совершенно окоченела. Только тогда я сообразила, что продолжаю стоять на промерзшей набережной в легком плаще и сапожках на тонкой подошве. И это когда на улице все минус пять, а здесь, у замерзшей реки, и того меньше. Чтобы, не дай бог, не заболеть, я села в салон «Фолька», включила на всю мощность печку и закурила.
Теперь, когда лично для меня безумное путешествие из Зеленограда в Тарасов осталось позади, я могла спокойно ехать домой, отогреваться в горячей ванне, пить кофе и закутаться в любимый домашний плед. Но я продолжала сидеть за рулем своей машины, курить и нервно кусать губы. Я совершенно никуда не торопилась.
Глодавшая меня изнутри тревога за тетю улеглась, и Марк отпустил меня на все четыре стороны со словами, что для меня эта история закончилась. Но… Черта с два она закончилась! Я могла думать только о своем попутчике и его похищенном сыне. И главное, что не давало мне покоя, – куда же девалась эта несчастная картина?
Вполне возможно, что Марк прав, картина изначально была поддельная. Но что-то мне подсказывало, что предусмотрительный Давыдов не допустил бы такого обмана. А это значит, что настоящая картина осталась в руках кого-то из членов воровской группировки… Вот только у кого? Леву Самойлова отметаем сразу, он даже не прикасался к картине. Сначала полотно было в руках Марка, дальше старинный шедевр перекочевал к Нику. Все! Впрочем, нет, картину видела еще и я. Но себя я по понятным причинам не рассматривала. Итак…
– Марк… Ник… – пробормотала я. – Марк… Ник…
Но Марк привез в Тарасов подделку, что может стоить ему жизни собственного сына. Значит, его мы тоже отметаем. Остаются…
– Ник… – с сомнением тянула я.
Неужели Марк допустил роковую ошибку и случайно передал ему подлинник картины? Мужик клянется, что такого не может быть. Но вот вдруг… Ведь был какой-то мотив для его устранения. Возможно, именно проклятое полотно было причиной, по которой убийца воткнул шило в сердце афериста.