Библиотека

Готовьте ваши денежки стр. 91

Размер шрифта
-
+
Тема

Да, и кстати, кто же тогда этот таинственный убийца? Я подозревала во всем Мишу Кравца, но…

– Но Миша Кравец – это Марк, – вслух озвучила я свои мысли.

«Кто и почему убил Эда и Ника?»

– Эда и Ника… Эд! – осенило меня.

Эд был человеком, который тоже держал в руках полотно стоимостью в целое состояние! Эд, умирая у меня на руках, произносил слова, которые тогда мне показались бредом. А что, если это была не предсмертная горячка?

«– Они думают, что получили от меня что хотели, но они ошибаются… И вот, когда они узнают… Скажи им…» – звенели у меня в ушах его последние слова.

«Думают, что получили от меня, что хотели!» Получили картину! Конечно, о чем же еще мог говорить художник. Ведь он рисовал копию картины для Марка. Думают, что получили…

– Думают… Не получили, а только думают, что получили… – бормотала я, ошарашенная своей догадкой.

И как я раньше не поняла? Почему не обратила на его слова никакого внимания? Запуганный художник оставил у себя оригинал картины. Для чего? Скорее всего он понимал, что, как только работа будет выполнена, его убьют как ненужного свидетеля, и хотел таким образом обезопасить себя. Ведь он боялся, смертельно боялся Мишу Кравца. Ох, и запугал же его мой горе-попутчик…

Но тогда что значили цифры, которые Эд назвал мне перед самой смертью, три – два – четыре – пять – шесть – семь. Я тогда еще подумала, что это номер телефона Миши Кравца. Но, похоже, это нечто другое…

– Код?.. – предположила я.

Очень похоже на то! Художник спрятал картину в сейф или хранилище и назвал мне номер его кода. Вопрос упирался только в то, где именно находится это тайное место? В банковской ячейке? Камере хранения на вокзале? Или в квартире художника, в потайном сейфе?

Но последними словами Эда Мартынова был вовсе не код, – припомнила я. Он повторял какие-то несвязные обрывки фраз. «Только… Пусть они сами получат, что хотят… Ты не трогай! Они сами должны… Сами… Понимаешь…» Мне казалось, что я разгадала почти все ребусы Эда Мартынова, но эти слова мне совершенно ни о чем не говорили.

Но, как бы то ни было, я должна найти чертово полотно, пока из-за него не погиб еще один невинный человек. Пока Марк по-своему пытается решить вопрос с Элеонорой Брутской, я разыщу подлинник картины и привезу его проклятой старухе.

– Надеюсь только, что Марк за это время не наломает здесь дров… – проворчала я. Затем быстро дернула ручник и вдавила до конца педаль газа. «Фольк» так резко развернулся на месте, что в лобовое стекло полетел снег из-под колес. Но я на это даже внимания не обратила и на полной скорости полетела вперед.

Тарасов – Зеленоград – Тарасов.

Я должна была успеть и к назначенному сроку привезти картину, чтобы спасти сына Марка.

Руки на руле, нога на педали газа. Я гнала «Фольк» так, словно за мной по пятам гнались сто чертей. И плевать мне было на дэпээсников, дорожные знаки и ограничители скорости. Главным для меня было только одно – УСПЕТЬ. Только раз, проезжая через какой-то город, я остановила машину, чтобы купить сигарет и съесть сомнительный гамбургер в местной забегаловке. Больше

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.