Гранд-адмирал. Том третий. Часть 2 стр. 427
обучение в Академию.
Как ни странно, но при формальном логическом подходе, да, можно сделать подобные необъективные выводы.
— Не скрою, вы ценный агент, Сергиус, — произнес я. — Специалистов категории «Браво» в Доминионе немного. Осудить вас за провал можно и нужно, дабы это не повторилось вновь.
— Не повторится, сэр, — уверенно заявил Браво-Два.
— По какой причине? — полюбопытствовал я.
— Более я ни к кому не привязан дружескими узами из подчиненных, сэр, — сказал бывший координатор. — Только выполнению интересов Доминиона.
— После Моло Химрона осталось много клонов, — напомнил я.
— Это просто лицо и воспоминания, но не он сам, — спокойно ответил Сергиус. — Для меня они — никто.
Хм… Зато честно.
— Итак, вы предлагаете отпустить вас под честное слово, что нарушение приказа более не повторится? — уточнил я.
Мысленно при этом вспоминая, что мои элитные агенты, в общем-то чуть ли поголовно, при выполнении основных целей, имеют дурную привычку не заботиться о второстепенных.
И, казалось бы, разогнать их всех к хатту…
Да вот есть проблема.
Которая никак не связана с тем, что «других нет».
Проблема в самой системе их подготовки.
Имперская разведка, да и военная тоже, обучала сотрудников работать ради выполнения задачи.
Не думая о последствиях.
Потому что либо на них не обращали внимания, либо потому что группы зачистки действовали на совесть.
Я долго размышлял над причиной того, почему лишь единицы из агентов ведут себя настолько осмотрительно, что вызывают уважение.
Вроде агента Кросса, или Торина Инека. Штебен, наконец, когда он еще был в разведке, а не «контре».
Все, оказывается, просто.
Эти двое были подготовлены по одной программе, а вот тот же Редерик, Сергиус и остальные, менее значимые агенты других классов, подготавливались по «упрощенной» программе.
Потому и Мара Джейд такая… Несуразная.
Они привыкли, что за ними «приберут».
Потому что по факту они занимались работой внутри Империи.
И при необходимости всегда можно вызвать звездный разрушитель, который решит все проблемы крепким сапогом штурмовика.
Косность, повторяемая с каждым обучаемым потоком, закрепляемая на практике.
Что ж…
И хотелось бы сказать: «А у нас такого не было!».
Было, и еще как.
В масштабе планеты, страны, но все тоже самое.
В пору философствовать о том, что вселенные, созданные умами людей, проживших в неповоротливой системе, плодят столь же косную литературу.
Которая для меня стала реальностью…
Знать бы еще почему.
— Нет, сэр, — ответил агент. — Я ничего не предлагаю. Я нарушил приказ умышленно, в интересах своего эгоизма и морального удовлетворения. Я предполагал, что этот человек может стать ценным источником информации, или даже инструктором наших пилотов. Но мое внутреннее чувство справедливости не позволяло мне позволить этому подонку жить. Я сделал то, что сделал, понимая, что мне грозит казнь.
Вот так просто, незамысловато и бесхитростно.
Потерял друга — отомстил. Понимал незаконность нарушения данного приказа, осознавал, что это может нарушить замыслы вышестоящего командования, желал убить ценного пленника в угоду своей совести.
Двоякое ощущение.
С точки зрения человеческой — все понятно.
С точки зрения закона и Устава — тоже.
Но реакция в каждом из случаев — разная.
В первом — я его понимаю и поддерживаю.
Во втором — понимаю, что нельзя оправдать нарушение приказа и позволить ему работать и дальше.
Просто потому, что для любого военного