Гранд-адмирал. Том третий. Часть 2 стр. 428
приказ — свят.
Устав Империи и Доминиона не предполагает, что военный может по своему усмотрению отказаться от выполнения законного распоряжения командира, в том случае, если это противоречит его внутренним морально-этическим соображениям и совести.
Как это, например, прямо указано в различных Уставах некоторых стран моего прошлого мира.
Если проявить послабление, то это даст неминуемый сигнал остальным военным, что приказ — не императивен. Так или иначе, но его исполнение можно будет обойти.
Это как обвал в горах — все начинается с маленького камешка.
Именно по этим причинам Империя без колебаний казнила всех, кто не выполнял приказы.
Потому что это военная машина.
Повстанцы же, наоборот, с присущей им «праведностью», обсасывают каждый момент, демократично исследуют все стороны произошедшего. Чуть ли не под кожу залазят, чтобы выяснить то, что к делу особо не имеет отношения…
И опять же…
Исходим из соображений совести.
Я уже не раз прощал оступившихся подчиненных.
Сколько из них делали выбор между долгом и совестью, выбирая долг?
Убить врага, или оставить ему жизнь, но выполнить приказ?
Они следовали приказу и долгу.
Если я сейчас приму иное решение, противоречащее тому, как поступили они, то, исходя из концепции неблагоприятных последствий, рано или поздно это станет известно.
И тогда у капитанов И-Гора, Абисса, контр-адмирала Шохаши, возникнет вопрос: «А какого, собственно, хатта, я должен следовать Уставу, а Верховный Главнокомандующий нет?».
Чем больше пропасть между властью и народом, командиром и бойцами, тем сложнее одним понять других.
— В таком случае вы понимаете, что иначе, кроме как отдать приказ о вашей казни, иного выбора у меня нет, — медленно произнес я, наблюдая за реакцией мужчины. — Того требует мой долг в качестве Верховного Главнокомандующего Доминиона.
— Так точно, сэр, — глухо ответил агент.
Сергиус не просил о пощаде.
Он не вымаливал замену наказания, не предлагал варианты замены столь жестокого наказания.
Он знал, что за подобное может быть единственное наказание по имперскому Уставу — смерть.
Тяжесть санкции определяется тяжестью последствий.
Полковник Вессири мог дать ответы на многие вопросы в виду его приближенности к Айсард. Экипаж, и даже командир захваченного нами разрушителя, которым командовала Снежная королева, не дал особых пояснений о делах своей бывшей начальницы. Редкие упрямцы и фанатики. Довольно опытные и умелые…
По логике вещей мне бы отправить их гранд-моффу Кейну, чтобы шли в атаку на Новую Республику в первых рядах.
Но тогда вскроется моя игра с Айсард.
А там уже и до прямого разоблачения двойной игры недалеко.
Вессири мог стать генетическим образцом для целого поколения пилотов TIE-«Мстителей» или TIE-«Защитников». В управлении последних ему так и вовсе нет равных…
Мог стать донором для клона-заменителя Фела, о чем я уже говорил с Эриком Шохаши.
Применения его клонам по программе «ГеНод» можно было найти в уйме мест, дай только развернуться.
Опытный и компетентный пилот-ветеран истребителя-перехватчика, вместо скороспелых пилотов, закончивших срочные курсы подготовки и набравшихся опыта в боях.
Да, это уже не зеленые курсанты, но все же…
Я посмотрел в глаза мужчине и не нашел там сожаления его поступку.
Он знал на что шел, и знал какими будут последствия.
Офицер, готовый отвечать за свои проступки.
Это лишь кажется, что каждый готов нести ответственность за сделанное им нарушение.