Гробница Наполеона стр. 89
Борисюком?
— Его и в самом деле лучше отвести наверх и закрыть в одной из спален, — принял решение Артем. Получив поддержку большинства, он без колебаний взял бразды правления в свои руки. — Пойдут Грушин и Сид.
— Ты же сказал, что отныне глаз с меня не спустишь, — напомнил хозяин дома.
— Сид за тобой присмотрит. А я — за дамами.
— Принято, — кивнул плейбой и подошел к лежащему на полу Борисюку. — Ну, поднимайся! Давай!
— Постойте-ка! — спохватилась вдруг Прасковья Федоровна. — А пистолет?!
И тут все вспомнили, что «Магнум», из которого Валентин стрелял в Ваню Смирнова, по-прежнему лежит на краю
стола.
— Черт! — хлопнул себя по лбу Артем. — Ив самом деле! Сколько патронов осталось в обойме? Грушин?
— Достаточно.
— Хватит паясничать! Отвечай!
— Магазин шестизарядный. Валентин выстрелил три раза.
— Значит, в нем осталось еще три патрона. И в самом деле, достаточно!
— Чтобы нас всех поубивать! — взвизгнула Прасковья Федоровна.
— Черт! — повторил Артем. — А я уже запер буфет!
— И выбросил ключ в окно, — напомнил Грушин.
— И куда девать пистолет? — обратился Артем к гостям. — Какие будут предложения?
— Лично я вам доверяю, — сообщила писательница. — И только вам. Возьмите пистолет и спрячьте его. Где-нибудь. Чтобы никто не знал.
— Мать, а вдруг он того? — высказался Сид. — Убийца?
— Но ведь нам и так все уже ясно, — жалобно сказала Прасковья Федоровна. — Убийца известен. Ты и Даня ведете наверх Валентина, наш руководитель идет вниз и прячет пистолет. А мы с Ингой остаемся здесь.
— Итак, без присмотра Артем, — констатировал Грушин. — Ибо мы теперь не можем разбиться на пары. Кстати, моя спальня запирается только изнутри. И Ольгина тоже. Снаружи можно запереть только санузел.
— Ну и оставьте его в ванне! — посоветовала Прасковья Федоровна.
— Ну? Ты встанешь, наконец? — вновь обратился Сид к неподвижному Борисюку. Тот нехотя поднялся с пола. И зло сказал:
— Сволочи! Вы все отмажетесь, да? Сухими из воды выйдете! Так и знал! Я сегодня крайний! Сволочи!
— Но ведь никто не заставлял вас стрелять в шофера! — напомнила Прасковья Федоровна.
— Это Грушин, — сказал Валентин. — Он все подстроил. И вас дожмет. Предупреждаю. У него все рассчитано.
— Поменьше разговаривай, — сквозь зубы процедил Артем. — Пока все видели, как ты стрелял в Ваню. И следователь, с которым ты беседовал, мертв. И Киру ты мог задушить. Вполне! Пока бродил по дому. Так что давай шагай!
В сопровождении Сида и Грушина Валентин, руки которого были связаны брючным ремнем, вышел из каминного зала.
Артем подошел к столу и с опаской взял пистолет. Только что на его глазах из этого оружия убили человека. Впечатляет.
— Осторожнее! — выкрикнула Прасковья Федоровна. — Вы умеете обращаться с оружием?
— Что? Да, разумеется, — кивнул Артем. — Я же сказал: у меня коллекция. Между прочим, это ценная вещь. У меня есть нечто похожее. Тоже «Маг-нум», но модель другая. Ствол четыре дюйма, а не шесть с половиной. Мощное оружие! Прав Грушин! Ну, разумеется, я умею с ним обращаться! Ждите меня здесь, дамы.
Реутов не оглядываясь вышел. Прасковья Федоровна и Инга остались наедине. Писательница глянула на бывшую модель