Библиотека

И это называется будни стр. 460

Размер шрифта
-
+
Тема

своей милейшей улыбкой.

— Хватит, — проговорил он смятенно. — Еще вздумаете на бис вызвать.

— А его куда? — полюбопытствовал Рудаев, намекая на Гребенщикова.

— Не знаю. Думаю, многое будет зависеть от того, как поведет он себя на собеседовании в министерстве. Понял что-нибудь или не понял, сделал для себя какие-либо выводы или не сделал. Главный враг себе — он сам. В этом все зло, и в этом его трагедия.

— Фу! Как же хорошо, что вы вернулись! — сорвалось радостное восклицание с губ Численки.

— Ишь возликовал. Чему? Что за моей широкой спиной прятаться можно? — Збандут вышел из-за стола, — А насчет возвращения… Я тут ни при чем. Вы меня вернули.

— Мы-ы? — сразу целый рой голосов.

— Да, да, вы. Вы создали здесь такую революционную ситуацию, при которой решительные перемены стали неизбежными. Я свою миссию в Бхилаи выполнил, но отпускать меня оттуда так скоро не собирались. На немедленном вызове настоял Додока. Благодаря вам.

Завязалась беседа. Именно беседа. Откровенная, задушевная и немного беспорядочная, как это бывает, когда в свою семью после длительного отсутствия возвращается родной человек.

ГЛАВА 1

Новому директору принято помогать. И Гребенщикову помогали. Всемерно. Со всех сторон. Кто чем только мог. Даже строительный трест, генеральный подрядчик завода, получил мощное подкрепление людьми и техникой и развернул работы довольно широким фронтом. За короткий срок выложена труба на четвертой домне, с минимальным опозданием введена в строй вторая очередь аглофабрики, подготовлен весь комплекс сооружений для пуска второго конвертора. Все это не замедлило сказаться на работе металлургических цехов. Получив достаточно агломерата, ровнее пошли доменные печи. Не найти для них лучшей пищи, чем свой, заводской свежеиспеченный агломерат. Изготовлен он по строгому рецепту, перевалками и транспортировкой не измельчен. Ну, а раз чугуна вдоволь, то и у сталеплавильщиков работа спорится. Металла — хоть залейся.

Устойчиво выполняет программу завод. Изо дня в день, из месяца в месяц. При Збандуте было и девяносто шесть процентов плана за сутки, было и сто четыре. При Гребенщикове — ни прыжков, ни падений. Показатели — как по шнурку — сто процентов с десятыми. Можно всем заводам ставить в пример. И ставили. Приморский металлургический вышел в образцовые, на него теперь ориентировались остальные.

И мало кто знал, что эти цифры не отражали истинного положения дел. Нет, Гребенщиков приписок не допускал. Он просто регулировал. Перевыполнил слябинг план на три процента — покажи сто, а избыток — в запас, в загашник, недотянул три процента — возьми из запаса, опять-таки покажи сто. Даже если это беззаконие вскроется, оправдаться не трудно: от перестановки-де слагаемых сумма не меняется. Но впечатление от такой перестановки было великолепное — твердая рука на штурвале.

Да, внешне все выглядело вполне благополучно, но атмосфера на заводе за каких-то полгода уже успела накалиться до предела. Особенно тяжко было руководителям цехов. Если при Збандуте они работали на совесть, то теперь стали работать как бы за страх. Гребенщиков держал их в ежовых рукавицах. Требуя беспрекословного повиновения, он не допускал ни малейших возражении. Выслушай и выполни. А чего стоили угрозы, к которым он постоянно прибегал! «Понижу в должности!», «Выгоню с завода!», «Отдам под суд!»

Даже на селекторных совещаниях, в которых участвовала добрая сотня людей, он всячески старался унизить того, по кому вел огонь. Любой его совет, вопрос, любое замечание

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.