Библиотека

И это называется будни стр. 520

Размер шрифта
-
+
Тема

его категорическим жестом и перенесла журналы в два приема.

— А все же, Андрей Леонидович, поскольку непрерывную разливку осваивать мне и работать на ней мне, — голос Рудаева сделался глухим и надтреснутым, — я должен принять участие в выборе варианта.

— Прежде всего, никто из нас не знает, где к тому времени придется работать — каждый может споткнуться, — многозначительно произнес Гребенщиков, довольно прозрачно намекая на то, что Рудаева он долго держать не собирается. — А затем, если рассуждать по-вашему, то в таком случае каждый разливщик может явиться ко мне и заявить, что ему тоже работать в цехе и что он тоже хочет принять участие…

Чаша терпения у Рудаева переполнилась.

— Вот мы и договоримся, — сказал он железным тоном. — Чтобы каждый разливщик к вам не ходил, соберем технический совет с вашей информацией. Только дайте мне неделю отпуска для выяснения кое-каких интересующих меня вопросов. С сохранением содержания или без — все равно.

— Извольте. На любых условиях и на любой срок, — охотно согласился Гребенщиков, и опять его слова прозвучали с подтекстом: могу прекрасно обойтись и без вас.

Взяв в библиотеке французские журналы, Рудаев отправился в технический отдел, рассчитывая на помощь Жаклины.

Она сидела в углу за столиком над каким-то переводом, заметно выделяясь среди остальных девушек. Самая красивая прическа, самое элегантное платье, самая миленькая мордашка. Судя по сосредоточенно нахмуренным бровкам, дело у нее шло туго.

Увидев Рудаева, расцвела, словно была уверена, что он принес ей счастливую весть.

— Нужна твоя помощь. — Рудаев положил перед Жаклиной десятка полтора журналов.

— Боря, ты что! — пришла в ужас Жаклина. — Это мне на два года. Ты ведь знаешь, разговорным я владею. Je vous aime! J’attend toujours — я тебя люблю, я всегда жду тебя… — Жаклина полыхала горячим взглядом. — Но техника… Техника меня душит.

— Мне нужны только выборочные данные. Вот такие. — Рудаев присел, положил перед Жаклиной вопросник.

Девушка сразу повеселела, знакомо тряхнула головой.

— О, это я сделаю. Могу даже совсем облегчить тебе жизнь — буду по частям заносить домой. — Жаклина приблизила свое лицо к Рудаеву, ее пальцы слегка коснулись его руки.

Прикосновение мгновенное, но Рудаева как током пронзило. Его привлекали в Жаклине непосредственность, игривая сдержанность, легкость характера и еще что-то такое, что он не пытался объяснить себе, но что сейчас явственно почувствовал.

— Я боюсь надолго оставлять тебя одного. — Голос Жаклины дрогнул нежностью.

— Напрасно. — Рудаев чуть отстранился, чтобы быть подальше от ее неотпускающих, цепких глаз. — Выжженное поле зарастает не скоро…

Жаклина резко опустила голову, и в душе у Рудаева шевельнулся червячок вины.

— Ну что ты, Лина… Зачем так реагировать на случайные слова? — беспомощно проронил он.

Слова были не случайные — Жаклина знала это, но обрадовалась поводу смягчить свою боль.

— Давай встретимся сегодня. Не уезжай домой без меня.

— Эх, Жаклинка! — с непритворным сожалением вздохнул Борис. Ему было сейчас не только тепло, но и радостно. От чего? Его мужское самолюбие торжествовало. Есть все же такая женщина, которой он по-настоящему нравится. — Дело в том, что в шесть вечера я улетаю, так что встретимся мы дней через десять. — На мучительный упрек в глазах Жаклины добавил: — И, поверь, я от тебя никуда не денусь…

— Правда?

— Правда.

— Я буду ждать, Боря. Слышишь? Буду ждать… — проговорила Жаклина по-ребячьи восторженным шепотом.

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.