Библиотека

Японская анимация. От кабуки и камисибай до студии «Гибли», Миядзаки и Такахаты стр. 103

Размер шрифта
-
+
Тема

философском взгляде на мир… Разве я могу не восхититься. А Рембрандт? Руки старика, которые лежат на плечах сына… незрячие глаза… Сколько бы раз я не был в Эрмитаже, каждый раз я выхожу, ослепленный художественной мыслью.

А. Г. Мой последний вопрос будет тоже связан с музеями, а также с вашими поездками в Японию. В некоторых интервью вы рассказывали о визитах в Музей студии Ghibli; вы там бывали, там же проходила выставка, посвященная вашему творчеству и творчеству вашей супруги [Франчески Альфредовны Ярбусовой]. Как вы считаете, какой опыт, реализованный в этом музее, был бы полезен при создании анимационных выставок, тематических музеев?

Ю. Н. Создавая этот музей, они не претендовали на Диснейленд. Но они сделали свой мир, в который ребенок погружается и открывает собственную фантазию. При входе в музей стоят камеры обскура, кругом пленка… Крутится барабан с фигурками, которые прыгают [речь идет о зоотропе]… И вот он останавливается, и ребенок видит, что вот они — персонажики, фазочки. Минуту или две он стоит, а затем вновь начинает крутиться, и все приходит в движение. Создан мир, где ребенку легко, и при этом развивается его фантазия. Это важно — не задавить эффектными задумками. В Диснейленде наверняка хорошо все придумано, и словно живая акула на вас нападает, и корабли тонут (но в итоге всё хорошо). Но то, что сделали в Ghibli… Этот скромный музей… по-моему, на трех этажах он у них… Это качество музея. Они не стремились к чему-то эффектному. Но при этом на третьем этаже у них там автобус стоит… помните, из мультфильма Миядзаки? [Котобус из «Моего соседа Тоторо».] Он огромный, метров пять. И там дети лазают… В понедельник в музее вроде выходной и там сидят мастерицы и подшивают этого кота, потому что натуральный экспонат не выдерживает детского натиска. Но это хорошо! Они посмотрели и то, и это… и детям нужно окунуться в фантазию, как в реальность.

А. Г. Выплеснуть энергию.

Ю. Н. Да! Потом второй выплеск — во дворе стоит колонка, которая была в деревнях когда-то [ручной водяной насос из «Моего соседа Тоторо»; подробнее о нем шла речь в третьей главе ]. Знаете, сколько там детей прыгает? Они качают воду, прыгают… Сходят с ума. Рядом там сарайчик с дровами; я говорю: «Миядзаки-сан, дайте мне койку, я буду здесь жить. Буду дрова колоть, печку топить…» Он помещает детей внутрь времени. И это очень важно. Это, наверное, наиболее точное определение: поместить зрителя внутрь времени.

Они нашли хороший путь в этом музее… На крыше у них стоит огромная скульптура какого-то героя [робот из «Небесного замка Лапута»]; у меня есть плакат, я там сижу и пою под ним. Еще когда музей только открывался и они меня там водили, привели на эту крышу, и там, боже мой… как пустырь в детстве! Горо Миядзаки — сын, он одно время там был директором, — говорит: «Я вообще дизайнер ландшафтный, и я специально здесь крышу засеивал травами, которые на пустырях встречаются». Сразу складывается образ. И стоит эта скульптура… И я там сел на траву и запел: «Ах, зачем эта ночь…» Пойдемте, я вам покажу плакат.

А. Г. Какой вы на нем довольный!

Ю. Н. Еще бы… Я счастливый. Счастливый человек. Они там еще смывают листву периодически с крыши,

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.