Интриги и котики кардинала Ришелье стр. 49
проявил себя храбро, но безмозгло, как и подобает версии Бэкингема. Да и Людовик скучал, да и подвигов хотелось уже сейчас, а покусанный метафорическим Люинем бочок зудел-зудел, потому Сен-Мар решил совершить великий подвиг прямо в Париже и взять да и убить кардинала. Потому что ну надо же девушку впечатлить, а про кардинала говорят, что он как гидра (судя по тому, как он подавлял бунты – немного контрреволюционная гидра), а рыцари же чудовищ убивают, вот.
Чудовище к тому времени почти не передвигалось на своих двоих и не могло ездить даже в карете – только на носилках, полулёжа и в портшезе. Вопрос серьезно стоял за тем, что заговорщики могут тупо не успеть, но Сен-Мар терпеть был не намерен, потому что он был на самом деле Сен-Марс (практически святой Арес, если вы понимаете оксюморон). И заговор таки намутил – и втянул туда своего друга де Ту (бывшего государственного секретаря), а потом подтянулись всякие там Бульонские с Тревилями – ну, и куда ж без герцога Орлеанского!
– Ой, ну я даже и не знаю, – сказал застеснявшийся Гастон и сначала было отказался. По обыкновению, с позой, с арестом гонца и посажением оного в заведомо дырявую темницу – чтобы и тем, и этим. А потом Гастон подумал, что так же можно и квалификацию потерять – тут же готовый заговор, надобно брать!
Уже на этой стадии над заговором повис символ северной пушной лисички, но заговорщики не сдавались. К тому же, у короля с Ришелье в государственном браке вышло очередное обострение, и Людовик хотел даже было поскандалить, выходя из зала:
– А ну-ка кардинал, идите вперёд – всё равно говорят, что вы тут настоящий король!
А Ришелье цапнул подсвечник и (нет, не треснул повелителя по голове и не пригласил на ужин при свечах) вскричал:
– А вот и пойду! Пойду, но только чтобы освещать вам путь!
– А-а-а-а-а, как я от него устал, – стонал Людовик в окружении приближённых. – Нагадит в душу, а потом он ещё и прав!
– А вы его прогоните, – посоветовал прямодушный Тревиль.
– Так он же повсюду, – выдал Людовик, и заговорщики решили, что это он о кардинальских шпионах (и почему-то не подумали, что король это о том, что Ришелье тупо тащит на себе всё).
– Ну тогда убейте, – посоветовал ещё более прямодушный Сен-Мар.
Король было завис, но прямо не возразил, и заговорщики решили – можно. Сначала Ришелье было попросту хотели застрелить-заколоть силами бравых ребят во главе с де Тревилем. Сен-Мар должен был крякать уточкой, в смысле подавать знаки. Гастон Орлеанский должен был приехать, чтобы внушать во всех боевой дух.
Количество боевого духа в Гастоне нам уже примерно известно. В общем, он не приехал, а у самого Сен-Мара все сигналы почему-то застряли в горле – хотя может быть, всё дело было в вооруженной до зубов охране Ришелье. В общем, убийство пришлось отложить.
Но зато заговорщики постепенно собирались старой доброй компанией: подключилась герцогиня де Шеврез, наконец вступил Гастон Орлеанский. Заговор уже начал смахивать на групповую терапию («Я собирался убить кардинала» – «Не стесняйтесь, тут все такие. Хотите об этом поговорить?»). Для полного