Библиотека

Искала я милого моего стр. 49

Размер шрифта
-
+
Тема

сама догадалась.

– Орен, я всё понимаю, но откуда такое разнообразие вкусов? Серийные насильники обычно достаточно постоянны в своих склонностях. Или дети – или взрослые, или мальчики – или женщины. А тут наш ангел-спаситель подбирал и трахал всё, что бог пошлёт.

– Ох, Эмили, я не мозгоправ-мозгоклюй, но могу предположить. Бывает, насилие для человека первичней, чем совокупление. Ему необходимо утверждать свою волю над чужими телами и душами, а мальчик-девочка – какая в жопу разница, как у нас говорят. У него стоит на власть.

– Он что-то мямлил про демонов, видать, изгонял их наложением члена, затейник.

Орен нехорошо ухмыльнулся:

– Могу понять, иной раз такие чертовки попадаются. Ну и хобби у него – будь здоров, кровавые ошмётки под завалами раскапывать. После такого кому угодно захочется воткнуть в живое мясо и почувствовать биение крови в теле.

– Вопрос – согласно ли мясо.

– В горячке-то не очень важно, наоборот, брыкается – значит, живое.

– Да не придуривайся, ты же не ищешь ему оправданий.

– Нет, конечно. Просто думаю, что, навидавшись смерти, он хотел власти над жизнью, хотя бы и над чужой, чтобы не так страшно было.

Эмилия задумалась. Может, Орен и прав, мужику видней, она вроде и знала их как облупленных, но не заблуждалась – слишком разное отношение к смерти у них и у женщин. Это ещё Мадина ей втолковала… теоретики они в некоторых вопросах, а если судьба ткнёт мордой в жестокую практику, могут и поломаться.

– Но я так и не поняла, что у него с Малышом Ронни было. И почему решил Надию прикончить, после стольких-то лет. Он, понятно, отрицает, но это вопрос времени, мне давить не с руки было.

– Знаю я, как ты «не давишь»… Про Малыша могу рассказать. Твои информаторы не принесли тебе фамилию отца Свилана? – Орен сделал многозначительную паузу.

– Не успели, не томи.

– Даль.

– Ого, из тех самых?

– Именно. А как на самом деле звали Смешную Сьюки?

– Ох ты ж мать его. Сусана Даль, балетная школа в память о покойной… сестре-наркоманке?

– Да, тот самый брат-полицейский, свихнувшийся на мести за Сьюки.

…На самом деле Шуша была его наваждением с самого детства. Маленькая сестричка, последний ребёнок, родившийся на десять лет позже, она не стала ему подругой, как это бывает с детьми, близкими по возрасту. Она была его цветком, который он выращивал, птичкой, его отрадой. И когда в шестнадцать она упорхнула из клетки и пропала, он потерял голову. Родители, конечно, перегнули палку, запретив ей даже думать о танцах, но такой прыти от девочки не ожидал никто. Сбежала, затаилась, и отыскать её не могли несколько месяцев.

Он тогда бросил свою жизнь легкомысленного наследника богатейшего семейства, кинулся на поиски, а когда нашёл – не смог вернуть. Она с таким воодушевлением танцевала в том чудовищном шоу, что он решил оставить ей свободу и наблюдать издалека, не приближаясь. Это оказалось его самой страшной ошибкой, а тогда было забавно, он находил какое-то особое чувственное удовольствие в осторожной кошачьей игре с дичью. Даже устроился в полицию, начав с самых низов, чтобы следить за ней и вмешиваться, лишь когда птичке нужна помощь. Несколько раз проучил настырных приставал, незаметно устранил завистливую танцовщицу, которая принялась было пакостить – портила

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.