Библиотека

Испытание молчанием стр. 119

Размер шрифта
-
+
Тема

их поз, уютность их единения.

И тут рождается оно. Яркое чувство, которое сверкает, как чешуя сирены. Как восходящее солнце после того, как рассеялся рассветный туман. Теплое, животворящее и в то же время голодное, оно скребет грудную клетку Винни нежными коготками.

Надежда.

Отчаянная надежда, что все может стать по-старому. Что эти четыре фигуры будут снова существовать именно так, как на папином рисунке, а выражения их лиц неважны, потому что сказано главное: «Мы любим друг друга и всегда будем любить».

Но эта надежда пустая, напрасная и вообще безумная. Ведь даже если Винни каким-то образом разгадает все папины подсказки, что ей это даст? Ей неизвестно, где папа сейчас, неизвестно, захотят ли мама и Дэриан, чтобы он вернулся. Четыре года прошли в борьбе и боли, в гневе, горе и ненависти. Все это нельзя просто взять и сбросить со счетов.

Винни злится на эту надежду. Очень злится. И на себя тоже: она-то была уверена, что задушила, искоренила эту надежду еще четыре года назад, когда стало понятно, что справедливости ее семье не видать. А теперь оказалось, что все это время Винни просто прятала эту надежду в своем секретном ящике под замком.

И ненавистная надежда всегда оставалась с ней – просто ждала момента вроде этого, чтобы ее огорошить.

Винни чувствует жар на своих щеках. Она смахивает слезу и переворачивает открытку. Как и в случае с ее собственными карточками, следующие три – точная копия первой.

«С Днем рождения, сынок. Люблю тебя».

Единственное, что меняется от рисунка к рисунку, – Винни становится с каждым разом чуть выше, а Дэриан чуть плотнее. Все поразительно точно схвачено, и Винни в который раз задает себе вопрос, как папе удалось поместить эти карточки в почтовый ящик.

И почему мама не отнесла их в Совет.

Винни сдергивает очки, чтобы потереть глаза как следует.

«Нет», – шепчет она в ответ на вопросы, возникающие в ее мозгу. «Что, если ты можешь его вернуть? Что, если вы можете снова стать той семьей?» – «Нет, нет, нет».

Но теперь хоть уповторяйся: надежда уже вернулась и в этот раз не позволит засунуть себя куда подальше. Ведь правда в том, что по папиным подсказкам Винни все это время шла вовсе не из страха. Не ради того, чтобы избежать новых проблем с Вторниганами. Не во имя спасения Цугута-фоллз от некой дианы, которая, возможно, и подставила папу.

Нет, ее всегда гнала вперед эта несчастная, жалкая надежда.

«Что, если ты можешь его вернуть? Что, если вы можете снова стать той семьей?»

Винни отодвигается от стола. В этих открытках нет ответов для нее, нет ничего полезного для ее диаграмм. Она рада, что так и не показала их Дэриану.

Теперь она думает, что лучше бы ей и самой их не видеть.

Лишь спустя почти час – после двух чашек чая – Винни наконец удается утихомирить свой разум, чтобы попытаться заснуть. Утром у нее трупное дежурство, и пропустить его нельзя, даже если это означает общение с Маркусом.

И, лишь свернувшись под одеялом в пижаме, она замечает то, что должна была заметить, как только перешагнула порог своей комнаты: полное отсутствие запахов. А ведь один запах должен быть…

Но его нет.

Ее сердце

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.