Испытание молчанием стр. 154
настолько разбитой и выдохшейся, насколько себя чувствует. Конечно, повязка на ее ноге – это что-то с чем-то, но не так уж бросается в глаза.
Раздвижные двери открываются. Винни думает, что это они среагировали на нее, но тут же замечает, что это не так: из здания кто-то выходит.
И это тот, кого она так отчаянно хотела увидеть.
Джей тоже одет совсем как накануне вечером в кофейне. Тоже выглядит изнуренным и разбитым. Его кожа смертельно бледна, а походка такая же неустойчивая, как и у Винни. Одного порыва утреннего ветерка хватит, чтобы повалить обоих на тротуар.
Увидев Винни, Джей останавливается как вкопанный. Его серые глаза вспыхивают золотым рассветом. Двери больницы, шурша, закрываются за его спиной.
Потом он смотрит на Винни, а Винни смотрит на него.
Будто снова повторяется тот момент возле «Джо в квадрате». Но теперь, в это весеннее утро, кроме одного «да», они выпускают на свободу четыре года секретов. Тысячу болотных огней. Тысячу слов лжи.
И часовой механизм, который синхронизировал Джея и Винни еще в детстве и по-прежнему связывает их, юных взрослых, теперь заставляет не отвернуться, а притянуться друг к другу.
Ближе, ближе, пока между ними не остается лишь два фута. Они изучают друг друга так, словно никогда раньше не видели.
Винни думает, что и правда – не видели. Не по-настоящему. Не полностью.
«Почему ты не рассказал мне? – мысленно говорит она ему. Над ней проскальзывает ветерок. Он шелестит сливовидными гортензиями, стоящими пока без цветов. – Почему ты не рассказал мне?» Она точно не знает, в какой момент эти слова вылетают из ее рта, но они возникают как лесной рассвет, холодный и бесплотный:
– Почему ты не рассказал мне?
Он отвечает голосом кошмара, заключенного внутри:
– Я боялся причинить тебе вред.
Винни почти смеется над этим. Нет, она действительно смеется нервным смешком.
– Но это невозможно, – трясет она головой. – Ты никогда не причинял мне вреда, Джей Пятницки. По крайней мере, в обличье волка.
Она умалчивает, сколько боли он причинил ей в человеческой форме, – он и сам это знает. А она, в свою очередь, знает, что это не совсем его вина.
– Что ты помнишь? – спрашивает она. Потом уточняет: – О прошлой ночи.
Потому что она почти уверена, что другие свои ночи в лесу он не помнит. Надо думать, Марио об этом известно больше.
– Немного, – признается Джей. – Только… конец. Когда пал туман. Но я знаю, что ты там была, Винни. Знаю, что ты приходила за мной. И я… – Он запинается. Его горло сжимается. – Я знаю, что не стоял бы здесь сейчас, если бы не ты.
И это все, что им надо друг другу сказать. Единственное «да», которому оставалось прозвенеть между ними, чтобы они снова могли двигаться синхронно. Винни делает шаг навстречу Джею, Джей – навстречу Винни, и они сжимают друг друга так крепко, что на миг сливаются воедино.
И похоже, теперь Джей начинается не там, где заканчиваются дымчатые тсуги и сосны, и Винни начинается не там, где заканчиваются дымчатые тсуги и сосны. Теперь они начинаются друг с друга, двое лучших друзей, которые не очень-то вписываются в Цугута-фоллз. Для которых гуще крови не культура, а их связь, их общая история.
Винни не представляет,