Испытание молчанием стр. 156
Он отстраняется, и Винни отпускает его. Она уже пообещала найти его позже, а этот момент между ними – этот поцелуй («Спорим, что я не посмею?») – был его ответным обещанием поймать ее на слове.
Винни и Маркус находят Рейчел на втором этаже, подключенную к пищащему аппарату и свисающему мешку капельницы. Она бодрствует, вид у нее тревожный и настороженный. Ее темные глаза такие яркие, словно она только что пробудилась после полноценного ночного сна. На ней нет ни синяков, ни пятен грязи. Исчез даже порез, который Винни заметила ночью.
«Неудивительно», – думает Винни. Если даже кровь мелюзины способна исцелить смертельную рану, чего тогда ждать от магии живого кошмара? Винни, возможно, никогда не вспомнит всех подробностей своего пребывания под струями водопада, но в ее сердце навсегда останется та чарующая музыка и то игривое мерцание чешуи в серебристом свете.
Так что, если с Рейчел и свисают какие-то кабели и трубки, это явно просто перестраховка. Словно Понедельниксы в недоумении, зачем Джей вообще ее сюда притащил. На груди Рейчел, которая была растерзана всего несколько часов назад, нет ни бинтов, ни повязок. И Винни не может не заметить, что на обнаженных руках не видно даже укусов.
Рейчел еле успевает сесть, как на нее, пролетев через всю палату, обрушивается Маркус. Они обнимаются со всей свирепостью медведей-Средансов, и от Винни не укрываются слезы в теткиных глазах. Словно это все, чего Рейчел хотела в этот миг. Словно после адской ночи в когтях леса все, что ей было нужно, чтобы привести свой мир в порядок, – это объятия ее сына.
В этом моменте и заключается вся суть.
Винни вспоминает о рисунках, которые папа сделал для Дэриана.
Когда наконец Маркус высвобождается, он смотрит на Рейчел тем лучистым взглядом, который Винни прекрасно знает по себе: у нее самой, пока она взрослела, тысячи раз бывало такое лицо. Лицо, которое говорит: «Я стану такой, как ты, мама. Научусь есть пиццу и больше не чувствовать себя ребенком, который боится ночи».
Рейчел смущенно ерошит волосы Маркуса и вытирает глаза. Потом наконец поворачивается к Винни. И это все равно что снова смотреть на Джея, точно у них с Рейчел есть какой-то учебник Ведущих Охотников, который гласит: «Шаг один: наглухо закрыть все эмоции. Шаг два: взять ситуацию под контроль».
– Привет, девочка, – говорит Рейчел, когда Винни осторожно приближается к больничной койке.
«Что помнит Рейчел? – вопрошает мозг Винни в такт ее шагам. – Что она расскажет и кому?»
Ответ не заставляет себя долго ждать.
– Вот видишь, повезло мне, что Джей пошел со мной ночью на охоту, – тихо говорит Рейчел, и в ее голосе звучит мягкая категоричность – предостережение, которое Винни уже доводилось слышать. – На нас же там дианы набросились, – продолжает Рейчел. – Хорошо еще, что никого из вашего семейства поблизости не оказалось.
«Вот, значит, как», – думает Винни, а Маркус пронзительно вскрикивает:
– Дианы? На вас набросились дианы?
Но Рейчел не реагирует на сына, удерживая взгляд Винни в течение нескольких сигналов аппарата.
Глаза Рейчел объясняют Винни все, как бы говоря: «Вот, я даю тебе этот простой полуфабрикат лжи. Ты уж не сочти за труд, поставь его на полминутки в микроволновку,