Испытание молчанием стр. 46
кем пойдем, – вставляет Питер, приваливаясь к шкафчику с другой стороны от Винни.
Только не вмажь им, Винни. Держи себя в руках. Она делает еще один глубокий вдох, но в ее ноздри врывается парфюм Питера. Она начинает кашлять.
Вместо того, чтобы поинтересоваться, что с ней, Кейси просто перекрикивает ее кашель.
– Ты можешь пойти с одним из нас, – предлагает он. – Или… – он приглаживает волосы рукой, – можешь просто пойти со мной.
От кашля у Винни на глазах выступают слезы. Она сдергивает очки, превращая обоих надоед в размытые импрессионистские портреты. Вот бы она могла заставить Кейси и Питера совсем исчезнуть.
Вот странно: Винни образца четырехлетней давности была бы польщена таким открытым одобрением светочей. Да и та Винни, какой она была до испытаний, тоже. Кто же знал, что возвращение в ряды светочей обернется таким разочарованием? В конце концов, раньше все эти люди просто следовали правилам касательно изгоев – что с них взять?
Но теперь, как бы Винни ни отворачивалась, как бы ни щурилась, сняв очки, она, кажется, не может пробудить в своем сердце никаких чувств, кроме презрения.
Только не вмажь ему, Винни. Только не вмажь. Директор Джина буквально в двух шагах.
– Нет, – раздается чей-то голос, острый, как сосульки. – Винни не пойдет с тобой.
По паркету цокают каблуки, и внезапно появляется Эрика Четвергссон. Она вонзает в Кейси взгляд сощуренных глаз – не то чтобы яростный, но точно не теплый.
Винни заталкивает очки обратно на переносицу, и перед ней кристаллизуется Эрика в образе сияющего ангела возмездия.
– Винни не пойдет с тобой на Маскарад, Кейси. И с тобой, Питер. А ты, – Эрика стреляет взглядом темных глаз во Вьятта Субботона, который стоит с другой стороны от Кейси, не вникая в этот обмен любезностями, – иди сюда. Мы идем в зал втроем.
Вьятт подпрыгивает, выходя из задумчивости, словно Эрика – инструктор по строевой подготовке. Как раз вовремя – рация в руке директора Джины щелкает: «Запускайте следующую тройку!»
Винни особое приглашение не требуется. Она отталкивается от шкафчиков, пристраивается возле Эрики, а Вьятт спешит следом. Винни никогда не считала себя кем-то, кого нужно вызволять, но она не прочь разыграть беспомощную девицу, если с ней готова беседовать сама Снежная королева.
А Эрика действительно заводит беседу, пока они вышагивают к сцене нога в ногу.
– Они засранцы, – говорит Эрика, и на ее губы возвращается та маленькая почти улыбка, которую Винни заметила на вечеринке.
Это просто сказка!
– Спасибо, – говорит Винни, немного задыхаясь. – Тебе необязательно было это делать.
Эрика пожимает плечиком:
– Как дочь советника, я обычно не могу всем направо и налево говорить, что я о них думаю, но иногда, если это ради кого-то…
Ее улыбка становится шире еще на полдюйма.
Винни отчаянно напрягает мозг в поисках темы для разговора. Сойдет что угодно! До сцены остается каких-то десять шагов – они разделятся, и этот почти теплый момент будет потерян. И вдруг взгляд Винни падает на то, чего она раньше не заметила.
– Господи, ты его нашла! – Винни тормозит ногами об пол и хлопает в ладоши. – Ты нашла медальон Дженны!
Эрика тоже останавливается, и на долю секунды, на неуловимое, подобное вспышке мгновение ее глаза расширяются. Губы раскрываются.
Миг, и все кончено.