Испытание молчанием стр. 67
А следом и Фатима.
– Эмма на лифте, – объясняет Бретта, плюхаясь рядом с Винни.
С другой стороны от Винни приземляется Фатима:
– А шустро ты добралась!
– Да, с Маркусом не хотела связываться.
Фатима и Бретта закатывают глаза. А добродушная Эмма, которая только что доковыляла от лифта, воркует:
– Ах, да ведь это он все по-доброму!
– Нет, – возражает Винни, – вовсе не по-доброму.
Пока Эмма допрыгивает на костылях оставшиеся до норы несколько шагов, Бретта спрашивает:
– А ты тут уже начала?
– Да нет. Спасибо, что пришли на помощь. – Винни улыбается подругам, и они, конечно, улыбаются в ответ. – Может, начнем с вашей лабораторной работы? Я свою в классе закончила. Посмотрите?
– Ну ты, блин, даешь! – присвистывает Фатима. – Не думала, что кто-то успел закончить в классе.
– Ой, ладно тебе. – Винни краснеет, отодвигая тетрадку. – Я почти все из этого уже знаю.
– Умности из «Справочника», – кивает Эмма. – Я же говорила вам: она шарит!
Винни краснеет еще сильнее, но это от счастья.
– Вот. Посмотрите, если хотите.
– Ууу. Хотим – не то слово. – Бретта берет тетрадку так, словно у нее маленькие крабьи клешни вместо пальцев. – Великолепно, Винни. Спасибо!
Эмма тем временем говорит:
– А я помогу тебе, Винни. Я писала реферат о Маскараде у Средансов сразу после нашего переезда сюда, так что знаю, с чего стоит начать.
А начинают они с Энциклопедии Воскресенингов. В ней двадцать шесть томов: по книге на каждую букву алфавита. Они выставлены на цокольном этаже и занимают три стола. Каждый том отпечатан на прекрасной плотной бумаге, которую студентам не так легко повредить. А благодаря делению на большое количество томов энциклопедию могут использовать несколько людей одновременно.
Винни берет на себя букву М (Маскарад), Эмма – букву В (Вечеринки). Обе усаживаются со своими фолиантами за ближайший стол, чтобы Эмме не приходилось хромать туда-сюда от норы до энциклопедии.
– Иногда статьи ссылаются на другие книги, – делится опытом Эмма, пролистывая страницы с буквой В. – Я, помнится, нашла кучу всего полезного о первой вечеринке Средансов в… – Она внезапно умолкает.
Винни, листающая большим пальцем свой собственный том, поднимает глаза и видит: у Эммы такое лицо, будто ей дурно. Встревожившись, Винни придвигается к ней… и замечает, на что так смотрит подруга.
Это статья про вервольфа.
Под заголовком – рисунок, ужасно неточный. Клыки слишком маленькие, шерсть слишком тонкая, плечи слишком узкие. Словно «Красная Шапочка» наоборот: «Почему у тебя такие маленькие глазки?» Над волком даже луна нарисована, хотя на самом деле вервольфы не реагируют на лунные циклы. Вервольфы являются по воле леса и убивают по его приказу.
Полсекунды мысли Винни поглощены тем, насколько иллюстрации всегда расходятся с реальностью. Где настоящие размеры и мощь вервольфа? Где водянистый блеск келпи? Где зловещие когти вампа?
Как фантазии Винни о возвращении в стан светочей, они тоже кардинально разошлись с реальностью. И дело не только в том, что линер не способен ухватить суть: Винни и сама этого не может. Она слишком маленькая, слишком скучная, слишком одномерная, чтобы стать настоящим фонариком, пробивающим ночную тьму.
Она заставляет себя переключить внимание на Эмму, чьи мысли, видимо, носятся по своей собственной спирали.
– Все нормально? – спрашивает она подругу.
Эмма сглатывает ком.
– Нормально, нормально. Я просто… – Она рассеянно почесывает раненую ногу. Глаза