Испытание молчанием стр. 83
а потому что научная часть ее мозга совершенно покорена.
А ее душа глубоко взволнована, ведь этот блуждающий огонек не охотится. Этот блуждающий огонек умирает.
Винни смотрит на него, и в ее сердце роет себе нору острая печаль. На трупном дежурстве она видела таких кошмаров бессчетное количество раз. Она знает, как этот опустевший скелетик выглядит на схеме, и может нарисовать каждую косточку в этих маленьких крылышках и крошечных ножках. Но, как это бывает всегда, иллюстрация блуждающего огонька в «Справочнике» не смогла передать и малой толики подлинной красоты этого создания.
– Отвернись, – приказывает Джей. Потом заносит ногу, а внутри него поднимается охотничья сила. Да, он собирается раздавить огонька насмерть.
– Нет! – Винни отпихивает его. Спонтанное движение получается слабым из-за приступа боли. Но этого отчаянного жеста хватает, чтобы сбить Джея с курса. Чтобы не дать его ноге обрушиться и сокрушить остаток жизни в этом хрупком тельце. – Что ты делаешь, Джей?
– А ты что делаешь? – оторопело спрашивает он.
Огонек на миг снова вспыхивает – поцелуй серебристого пламени в ночи.
– Ты не можешь вот так взять и убить его!
– Могу и должен. – Он смотрит на нее вытаращенными от ужаса глазами. – Мы должны, Винни. Эта работа охотников.
Винни кусает губу. Джей прав. Конечно, прав. Это одно из первых правил, которому учатся светочи: «Любой кошмар, обнаруженный за пределами леса, должен быть уничтожен на месте». Но мысль об уничтожении этого бесплотного, поблескивающего в ночи существа…
Винни опускается рядом с ним на землю. Под ее коленями хрустят прошлогодние листья. Боль вгрызается глубже в ее икру. Теперь Винни ощущает сердцебиение прямо в мышцах.
– А мы не можем помочь? – спрашивает она, наклоняясь еще ниже к огоньку. – Если перенесем этого огонька обратно в лес, это его не спасет? Разве рассветный туман его не вылечит?
– Ты это сейчас серьезно? – Джей опускается на корточки рядом с Винни, только гораздо грациознее. Огонек вспыхивает. Это холодный огонь, который расходится во все стороны, тянется, как дитя к матери.
Винни больно это видеть.
– Если этот огонек протянет до рассвета, и его вылечит туман, Винни, знаешь, чем он займется следующей ночью? Станет охотиться на нас и убивать. Потому что это работа кошмаров. Это единственное, чем они занимаются.
Что-то в словах Джея и в том, как он их произносит, заставляет Винни сделать паузу. Заставляет отвлечься от умирающего огонька и сосредоточить взгляд на парне из клана Пятницки, сидящего перед ней. Его щеки заливает краска, которая в темноте кажется серой, его волосы присыпаны хвоей. А в его полуночных глазах – настойчивость. Взгляд, который говорит: «Поверь мне, я знаю, о чем говорю».
– Винни, – шепчет он и поднимает руки почти в мольбе. Но Винни не знает, о чем он ее просит: согласиться, что кошмары неисправимы, или попытаться убедить его в обратном. – Мы ничего не можем сделать для этого огонька. До рассветного тумана он не доживет, а если бы и дожил, нет никаких гарантий, что туман его исцелит. Все, что мы можем, – это как можно скорее прекратить его страдания. Поверь мне, Винни. Пожалуйста.
Ее зубы начинают легонько постукивать. Она знает: Джей прав. Она знает, что так действует лес. Он способен сокрушить что угодно – и твое сердце тоже.
– Ладно, –