Как приручить училку стр. 28
дорогом классическом костюме смотрелся весьма потешно.
Предыдущие арендаторы съехали около двух месяцев назад, не наводя после себя порядок. Маменьке же здоровье не позволяло самой наводить порядок, а финансы – нанять клининг, и она оставила все как есть.
И как хорошо, что она не стала ее заново сдавать, потому что иначе я бы сейчас осталась без денег и крыши над головой.
– Чистенько тут у тебя, уютно, – не упустил случая съехидничать Ринат.
– А ты на что? – изумилась я. – Учти, я дармоедов не люблю. Плата за постой уборкой.
– Родионовна, это вызов? – ахнул он, сверкая глазами. – Так ты не на того напала. Я вообще в душе енот-полоскун, как грязь вижу – спать не лягу, пока порядка не будет.
– Ты не енот-полоскун, ты кот-потаскун, – вздохнула я.
– Я? – Ринат ткнул себя пальцем в грудь. – Вот, значит, какого ты обо мне мнения, да?
– Барсов, мы оба знаем, что я тебя интересую только в качестве сексуального объекта, – вздохнула я.
– Поклеп! – тут же возразил он. – Я не такой.
– Угу, – иронично закивала я, – не такой. Значит, так! Будешь приставать – выгоню, понял?
– Родионовна, да я жениться готов хоть сейчас! Спорим?
– Азартный кот-потаскун, – быстренько поставила я диагноз. – Не спорим. Давай делом займемся. Нужно навести порядок.
– Есть во что переодеться? – уточнил он, оглядывая свой костюм. – Хотя… Родионовна, стриптиз хочешь? Тебе когда-нибудь драили квартиру в одних суперсексуальных боксерах с уточками?
– Такого зрелища я могу не пережить, – прыснула я от смеха. – Стой, не раздевайся, я сейчас.
Я подхватила табурет и полезла на антресоли. Заботливый Ринат встал слишком близко, широко расставив руки, и пояснил:
– Жду, когда стул сломается, а я тебя, как верный рыцарь, на лету поймаю, заключу в свои объятия…
– Барсов, если ты специально сделаешь так, что я упаду, – пеняй на себя! – предупредила я, глядя на него с вершины табурета.
– Весь план на корню обрубила, – пробубнил он.
Я закатила глаза и полезла на полку. Дважды чихнула от пыли, но дотянулась-таки до вакуумных пакетов со старыми вещами.
Бросила их на пол, спустилась и открыла один, в котором хранилась одежда отца.
– Даже чистое, – обрадовалась я, протягивая Ринату спортивные штаны и футболку, и пояснила для Барсова: – Папа вес набрал, и старые вещи пришлось убрать, тебе должно быть впору.
– Понял, – философски согласился он, пока я рылась в другом мешке с одеждой мамы.
– Родионовна, я ме-е-едленно снимаю с себя галстук, – начал Ринат со смешком.
– Я тебя им же задушу, если не прекратишь, – пригрозила я. – И ты без галстука.
– Бука! А вот если бы не была такая приличная нитакуся, мы бы с тобой уже столько времени наслаждались жизнью. Вообще, Родионовна, твои установки на тему правильности и «что скажут люди» тебе же самой усложняют жизнь, – авторитетно говорил он.
– Барсов, сейчас я тебе кое-что скажу, но ты не обижайся. Я понимаю, что это может сломать твое представление о реальности и здорово ударить по твоей самооценке, но ты сильный, ты выдержишь! Понимаешь, Ринат, так бывает, что женщина может тебя не хотеть. Смирись с этим.
Я похлопала его по плечу и гордо удалилась в спальню с маминым спортивным костюмом.
– Тебе понравилось целоваться! – крикнул он мне в спину.
– Это было приятно, но, знаешь, искры не