Клинки города ярости стр. 61
замолчал. – Но вряд ли мы сможем попасть к нему.
– Почему?
– С ним не так-то просто встретиться. Златояр доверяет малому кругу людей.
– И как вы собирались увидеться с ним?
– Я подумал о Дане – друге Иссура. Когда-то он был вхож к Златояру. Наверняка мог бы похлопотать о нас и в этот раз, но… я прогнал его, когда тот приходил просить за Иссура.
– Так это и есть тот навир, которого вы велели не пускать? – обомлела я.
– Да. Представляешь, он просил помиловать Иссура. Хватило же наглости! Никогда не мог подумать, что этот человек способен умолять. Неужели Дан и правда надеялся, что я сжалюсь над тем, кто жаждал моей смерти?
Тир вскочил на ноги и заметался по комнате, изредка пошатываясь.
– Как только белобрысый змееныш посмел явиться ко мне и молить отказаться от обвинения? Чем ублюдок-братец заслужил такого верного друга? Конечно же, я отослал Дана прочь и велел никогда больше не пускать его на пор…
Тира перебил звук распахнувшейся двери. Игла сделала пару шагов к нам и обессиленно привалилась к стене. Ее смуглое лицо казалось пепельно-серым, а тело потряхивала мелкая дрожь. Она потеряла слишком много сил. Тир понял это раньше меня, потому что в несколько больших шагов подскочил к Игле и подхватил ее под локоть. Она даже не взглянула на воеводу. Взгляд карих глаз прилип ко мне, и в этих глазах стояла пелена слез. Сердце тревожно забилось где-то в животе.
Тир усадил Иглу на диван, рядышком со мной, и та до хруста сжала кулаки. Я страшилась спрашивать, робко надеясь, что в тишине не прозвучит страшных слов.
– Я нашла корпус Первой стражи, – наконец произнесла Дания, и по ее щеке скользнула первая слезинка. – Мне не потребовалось заходить внутрь, чтобы узнать самое важное. У входа стояла повозка с телами. Их было девять. Девять мертвых мужчин…
Я почувствовала, как холодеет все тело, а сердце разрывает грудную клетку.
– Последним, девятым, они вынесли тело Ратнара и швырнули в повозку… прямо на Амира. Амаль, их запытали до смерти… Их тела… они все в крови. Ублюдки хихикали, называли их мясом и сетовали, что не успеют вернуться в казарму до полуночи. Я пыталась зацепиться за повозку, чтоб хотя бы узнать… где сожгут Амира, но струсила в последний момент. – Игла рвано всхлипнула, но заставила себя договорить: – Я испугалась, что выбьюсь из сил, мираж спадет в дороге и выродки заметят меня. Я не смогла бы справиться с шестью стражниками. Мне пришлось остаться, а они уехали.
Игла замолчала и вдруг ужасающе расхохоталась сквозь слезы. Она походила на умалишенную, хохоча и крича от боли. Тир замер прямо перед нами, но я почти не видела его.
– Мой дар впервые за пять лет чуть не вышел из-под контроля, но я его удержала. Знала бы ты, как я мечтала поджечь корпус Первой стражи, да и сейчас жалею, что не сделала этого. Каждый из ублюдков должен был сгореть дотла!
– Подозрения упали бы на нас, – отрезал Тир. – Ты правильно поступила. Цесаревич сказал нам о смерти Амира. Представь, кого бы он обвинил, если бы сразу же загорелся корпус его шавок.
– Когда-то я сожгла отчий дом, а сегодня не смогла даже отомстить за смерть брата.