Библиотека

Клинки города ярости стр. 60

Размер шрифта
-
+
Тема

провинцию.

– Я никогда не считала вас ничтожеством, Тир. – Так и было. Мысленно я называла его дураком, но дураком безобидным. И уж никак не ничтожеством. А то, что он сотворил вчера, и вовсе показало его хитрую и расчетливую сторону.

– Я видел это на твоем лице. Ты смотрела на меня со снисхождением, будто я неразумный ребенок. И я знаю, что заслужил. Но вчера твой взгляд изменился: когда ты поняла, что твоя жизнь в моих руках. В руках ничтожества, которому ты предпочла простого навира. Неужели голодранец без роду и племени оказался лучше воеводы?

Тяжело вздохнув, я выдала как на духу:

– Тир, мы с вами никогда не дали бы друг другу ничего, кроме дружбы. Вы – известный любитель женщин, а я никогда не смирюсь с тем, что не единственная у своего мужчины. У моего отца было множество любовниц, среди которых и моя мать, и я никогда не пожелала бы себе такой судьбы, которая была у его жены. Она спятила в попытках удержать мужа от блуда, возненавидела мою мать так, будто она воплощала в себе образ всех, с кем отец делил постель. Я бы так никогда не смогла.

– Я был бы верен тебе, – почти прошептал Тир, не отрывая взгляда от моего лица. И в его пьяных голубых глазах скользила тоска.

– Вы смотрите на меня, как на добычу, которая попалась в чужой капкан. Почему-то я кажусь вам привлекательней других женщин, но стоит мне исчезнуть даже ненадолго, ваш взгляд мечется в поисках новой любви на пару ночей. Даже если сейчас вы уверены, что будете мне верны, можете ли обещать, что не измените мнения через год, два, пять? Однажды ваше сердце дрогнет перед очаровательной молодой особой, а я не смогу принять измену. И тогда мы станем врагами. Готовы ли вы на это, Тир? Готовы рискнуть?

– Даже если я скажу, что готов, ты все равно не примешь меня, пока жив Амир, – после долгого задумчивого молчания выдавил Тир и сделал большой глоток хлебного вина. – А в это время моя бедная сестра страдает от неразделенной любви. Что вы, нарамцы, за народ такой? Сначала держали Мирею за раба, а теперь разбиваете сердца ее правящей верхушке.

– Ваше сердце исцелят вино и новые зазнобы, Тир, а мою голову, отрубленную цесаревичем, увы, пришить к телу не получится.

– Да что ты заладила с этими зазнобами?! Я – не животное, чтобы думать только о женщинах! Если сказал, что помогу тебе, то помогу. И дело здесь не в каких-то чувствах, а в том, что сохранить мир куда важнее.

– Я совершенно не понимаю, как жить дальше. Кажется, будто любой мой шаг в любую сторону – это шаг в преисподнюю, – призналась я и закрыла лицо руками.

– Когда протрезвею, точно пожалею о том, что сейчас скажу, но разве у ничтожества могут возникнуть умные мысли? – Тир навис надо мной и настойчиво отвел мои руки от лица. – Что, если нам навестить Златояра? Он как никто ненавидит старшего брата. Если тот взойдет на престол, то не моргнув глазом убьет и Златояра, и Велизара.

– Вы предлагаете мне еще одну революцию?

Нет, только не восстание!

– Для начала я предлагаю просто навестить Златояра… – Тир вдруг заколебался и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.