Библиотека

Ключъ стр. 173

Размер шрифта
-
+
Тема

какъ хорошо говорилъ князь! Я, право, и не ожидала...

-- Господа, eдемъ въ трактиръ... Полцарства за коробку папиросъ.

-- А какъ же снeжки?

-- Обойдемся безъ снeжковъ, намъ всeмъ больше шестнадцати лeтъ.

-- Всeмъ, кромe, кажется, Вити,-- вставила Глаша. {405}

Витя взглянулъ на нее съ ненавистью.

-- А вамъ...-- началъ было онъ.

-- Мнe много, скоро цeлыхъ восемнадцать, пропeла Сонечка.-- Господа, въ трактиръ чудно, но и здeсь такъ хорошо!.. А наше шампанское?

-- Тамъ и разопьемъ, вотъ и бокалы будутъ.

-- Господа, только условiе: подъ самымъ страшнымъ честнымъ словомъ, никому не говорить, что мы были въ трактирe. Вeдь это позорь

для благородныхъ дeвицъ!

-- Ну, разумeется.

-- Лопни мои глаза, никому не скажу!

-- Григорiй Ивановичъ, выражайтесь корректно... Такъ никто не проговорится?

-- Никто, никто...

-- Клянусь я первымъ днемъ творенья!

-- Да вeдь мы eдемъ со старшими, вотъ и Глафира Генриховна eдетъ съ нами,-- отомстилъ Витя. Глафирe Генриховнe, по ея словамъ, шелъ двадцать пятый годъ.

-- Нeтъ, какое оно ядовитое дитё!

-- Въ сани, въ сани, господа, eдемъ...

Eхали не быстро и довольно долго. Стало еще холоднeе, Никоновъ плакалъ, жалуясь на морозъ. По настоящему веселы и счастливы были Муся, Клервилль, Сонечка. Мысли Муси были поглощены Клервиллемъ. Тревоги она не чувствовала, зная твердо, что этой ночью все будетъ сказано. Какъ, гдe это произойдетъ, она не знала и ничего не дeлала, чтобъ вызвать объясненiе. Она была такъ влюблена, что не опускалась до прiемовъ, которые хоть немного могли бы ихъ унизить. Муся даже и не стремилась теперь къ объясненiю: онъ сидeлъ противъ нея и т?а?к?ъ смотрeлъ на нее,-- ей этого было достаточно; она {406} чувствовала себя счастливой, чистой, расположенной ко всeмъ людямъ.

Старый, низенькiй, грязноватый трактиръ всeмъ понравился чрезвычайно. Дамы имeли самое смутное понятiе о трактирахъ. Въ большой, теплой комнатe, выходившей прямо на крыльцо, никого не было. Немного пахло керосиномъ. Когда выяснилось, что огромная штука у стeны есть машина, а со скамьи всталъ заспанный п?о?л?о?в?о?й, котораго Березинъ назвалъ м?а?л?ы?й и б?р?а?т?е?ц?ъ ?т?ы ?м?о?й, дамы окончательно пришли въ восторгъ, и даже Глафира Генриховна признала, что въ этомъ заведенiи есть свой стиль.

-- Ахъ, какъ тепло! Прелесть!

-- Здeсь надо снять шубу?

-- Разумeется, нeтъ.

-- Отчего же нeтъ? Mesdames, вы простудитесь,-- сказалъ Березинъ, сдвигая два стола въ углу.-- Ну, вотъ, теперь прошу занять мeста.

-- Право, я страшно рада, что насъ сюда привезли. А вы рады, Сонечка?

-- Ужасно рада, Мусенька! Это прямо прелесть?

-- Господа, я заказываю чай. Всe озябли.

-- Папиросъ!..

-- Слушаю-съ. Какихъ прикажете?

-- Папиросъ!..

-- Ну-съ, такъ вотъ, голубчикъ ты мой, перво-на-перво принеси ты намъ чаю, значитъ, чтобъ согрeться,-- говорилъ Березинъ: онъ теперь игралъ купца, очевидно подъ стиль трактира. Дамы съ восторгомъ его слушали.

-- Слушаю-съ. Сколько порцiй прикажете? -- говорилъ еще не вполнe проснувшiйся половой, испуганно глядя на гостей.

-- Сколько порцiй, говоришь? Да ужъ не обидь, голуба, чтобъ на всeхъ хватило. Хотимъ, {407} значитъ, себя чайкомъ побаловать, понимаешь? Ну, и бубликовъ тамъ какихъ-нибудь тащи, што-ли?

-- Слушаю-съ.

-- Папиросъ!..

-- А затeмъ, братецъ ты мой, откупори ты намъ эту штучку. Своего, значитъ, кваску привезли... И стаканы

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.