Клуб бывших жён. Игра на уничтожение стр. 9
Информацию дал Аскольд — он знал всё. Её расписание, любимые блюда, размер обуви, марку презервативов, которую она предпочитала (эта деталь заставила меня выпить стакан воды залпом, хотя я не хотела пить).
— Вы новенькая? — спросила она, когда я оказалась на соседнем коврике.
— Да, посоветовали эту студию.
— Отличный выбор. Преподаватель — волшебник.
Она говорила легко. Свободно. Как человек, у которого нет скелетов в шкафу. По крайней мере, таких, которые могли бы ожить.
После занятия она сама предложила выпить кофе.
Я согласилась.
Мы сидели в маленькой кофейне, и я слушала её голос — мелодичный, чуть с хрипотцой, как у певиц джазовых клубов. Она рассказывала о работе (фитнес-тренер), о коте (Барни), о том, что не любит готовить и что её муж (пауза, слишком короткая для настоящей нежности) «очень занят».
— А вы замужем? — спросила она, делая глоток.
— Разведена. Недавно.
— Мне жаль.
— Мне — нет.
Она посмотрела с интересом. Без жалости. Без того снисходительного «бедняжка», от которого хочется ударить в ответ.
— Почему?
— Потому что быть одной лучше, чем быть с тем, кто тебя не выбирает.
Моника опустила взгляд в чашку.
На секунду.
Всего на секунду.
Но я успела увидеть в её глазах то же самое. То, что пряталось за улыбкой, за носками с единорогами, за занятым мужем.
Сомнение.
Она тоже не была уверена, что её выбрали по-настоящему.
И эта секунда стоила всего плана.
Потому что в тот момент я почти её поняла.
Почти.
А потом вспомнила фотографию в портфеле. Её губы на его шее. И то, как легко она встретила мой взгляд в ресторане — без тени вины.
Почти.
Это слово убивает чаще, чем ненависть.
Вечером я позвонила Аскольду.
Не в «Клуб». Лично.
— Она не монстр, — сказала я в трубку. — Она просто женщина. Обычная. Пустая. Таких миллион.
— Монстры не носят рога, Мира, — ответил он тихо. — Они носят чужие улыбки.
Я хотела спросить: «А вы? Вы носите чужую улыбку?» Но не спросила.
Потому что боялась ответа.
Глава 5. Ужин для троих
Через неделю случилось то, чего я не планировала.
Ужин.
Моника пригласила меня в гости. Сказала, что её мужа не будет (он в командировке, да), что мы просто посидим, посмотрим кино, выпьем вина.
Я согласилась, потому что так требовал план.
Я пришла с бутылкой красного, с улыбкой на сто ватт и с микрофоном в серьге — Женя настаивала, «для страховки».
Их квартира оказалась такой же, как она: уютной, дорогой и безликой. Дизайнерский ремонт, идеальный порядок, ни одной личной вещи. Как в отеле, где останавливаешься на одну ночь и не хочешь запоминать.
Мы пили вино. Она смеялась над своими историями о клиентах в фитнес-клубе. Я смеялась в ответ. Играла роль.
А потом раздался звонок в дверь.
Моника пошла открывать.
И я услышала его голос.
Низкий. С хрипотцой.
Голос Аскольда.
— Привет. Командировку отменили. А это кто?
Я встала с дивана.
Моника сжимала дверную ручку с такой силой, что костяшки побелели. Её улыбка — та самая, уверенная — треснула.
Но не рассыпалась.
— Это Мира, — сказала она, пропуская его в гостиную. — Моя новая подруга.
Аскольд посмотрел на меня.
В упор.
С тем самым выражением, от которого внутри всё переворачивается. Холодный. Чужой.