Клуб кладоискателей стр. 153
любимую подругу, купно с которой вы предаетесь разврату на нудистских пляжах и чужих могилах — это очень может подействовать!
— Сукин сын! — разозлилась я. — Лучше придуши меня сразу!
— Детка, не собираюсь я вас убивать. Больно надо. Знаешь, когда у приговоренных к смерти через повешение в процессе проведения казни вдруг рвется веревка, их отпускают. Правда, декабристов этот обычай обошел, уж больно они царя выбесили своим мятежом. Но я буду верен традиции: коли вы умудрились живыми выбраться из подвала, то убивать вас, так уж и быть, не стану. Не такой я зверь, каким кажусь. И пытать тоже не стану, если скажете сразу: куда спрятали карту?
— Дима, мы не врем! — взмолилась Юлька. — Клянусь тебе, мы ее сожгли! Если хочешь, я покажу тебе место, где еще остался на земле пепел. И форточку, куда Катька забросила недогоревшие остатки, разорвав их в клочья.
— Я же говорила тебе сидеть в зарослях! — возмутилась я Юлькиным непослушанием.
— Я и сидела! А когда этот ковбой мимо меня пронесся с очумелыми глазами, уж очень захотелось посмотреть, знаешь ли!
— Так, — прокомментировал Дмитрий, — Катя опять кого-то эпатировала своим нетривиальным поведением. Это у тебя хобби, что ли?
Здесь что-то швырнули в окно кухни, все четверо вздрогнули от звона стекла, которое чудом не разбилось.
Димка кивнул своей любимой:
— Поди посмотри, что там.
— Ага.
Марина Сергеевна вышла из комнаты. Было слышно, что она достала нож из ящика и, отперев замок, вышла на порог. Димка устало опустился передо мной на корточки.
— Катя, мне это надоело. Я даю тебе полминуты на размышление. Потом перехожу к активным действиям.
Я нарочито отвернулась к окну, а Юлька продолжила уговаривать террориста отпустить нас, так как карту мы ей-богу сожгли, и чего он от нас теперь хочет, непонятно.
— Ах, тебе непонятно, да? — обозлился он на Юльку. Выждал, сверившись с часами, еще несколько секунд и поднялся на ноги. — Сейчас тебе станет более чем понятно.
Приблизившись
к моей подруге, он без предупреждения начал рвать на ней майку. Юлька визжала и извивалась, пытаясь сопротивляться этому.
— Дима, перестань! Дима, пожалуйста! — орала я, но он как будто не слышал. — Хорошо, хорошо, ты прав! Ты вычислил меня! Я запомнила код!
— Что? — Он тут же оставил Юлькину одежду в покое и обернулся ко мне. Образцова захныкала, а у меня из-за этого защемило сердце. Да будь ты проклят, гнида! — Что ты сказала?
— Отойди от нее! На пять шагов!
— Как скажешь, лапуля, — растянул он губы в крокодильей улыбке и взаправду отошел от стула. — Ну так ты решила пооткровенничать со мной, я правильно понял?
— Да. Я же говорю. Ты был прав. Я запомнила код.
— Как это? — не поверил он. — Ты запомнила двенадцать цифр? Ты что, компьютер? Киборг?
— Киборг здесь только ты. У меня хорошая ассоциативная память, когда нужно что-то запомнить, я ее применяю, и двенадцать цифр для меня, поверь, совсем не проблема. Потом, я долго изучала обе карты перед тем, как проникнуть на аквапарк, мало ли что. Вдруг бы вы их у нас отняли? И еще перед тем, как сжечь.
Он довольно засмеялся.
— Молодец. Крошка, я верил в тебя! Ну так называй.
— Советую взять блокнот и ручку. Твоя память, боюсь, не так натренирована.
— У,