Клуб кладоискателей стр. 154
это вообще-то оскорбление! — сделал Каретников вид, что обиделся, но сам не снимал с физиономии точно приклеенную противную улыбочку. — Ну ладно, где тут у нас… — Он оглянулся вокруг себя. — Марина! Где у тебя органайзер! — крикнул он, а я расхохоталась.
— Ты че, с луны дрепнулся? Посмотри по сторонам. Может, здесь и джакузи отыщется? Под навесными потолками? И домашний кинотеатр, освещаемый люстрой Сваровски?
— Смешно, да? Ладно. — Дима достал из кармана мобильный. — Диктуй, я сюда запишу.
— Так, подожди, дай вспомню… Один.
— Один. Записал, дальше.
— Два…
— Два.
— Три…
— Три? Странно, по-моему, я не эти цифры набирал. Ты не дуришь ли меня часом, а, Катюш?
— Что ты! Это я твою память проверяла. Видишь, ты тоже сумеешь вспомнить эти цифры, если захочешь. Это чтобы ты поверил мне, что действительно при желании можно многое запомнить. Ну-ка, давай, какую кнопку ты первую нажал?
Каретников, как ни странно, включился в игру с живым интересом. Я-то думала, он меня измордует.
— Так, это что-то внизу было. 7, 8 или 9. И еще потом два раза подряд там цифры повторялись, это я точно помню. А на конце был 0 — его я запомнил, потому что после него раздался щелчок, и я стал думать, что желательно, чтобы внутри оказалось что-то посущественнее нуля.
— Умник! Правильно! — похвалила я. — Так вот, записывай. Семь…
— Семь, — вернулся он к телефону. — Дальше давай.
— Восемь…
— Ага.
— Еще раз восемь.
— Ага.
— Девять.
— Записал.
— Еще раз девять…
Каретников замер и поднял на меня глаза, полные ненависти.
— Слушай меня внимательно, Катя. Даю тебе последний шанс. Или ты произносишь сейчас все двенадцать цифр без запинок, причем они должны звучать так, чтобы я тебе поверил, или я…
Что-то снова ударило в окно кухни, прервав его на полуслове.
— Да что за дерьмо? — возмутился он, выглядывая в кухню. — Марина! Марин, ты где?
Обернувшись на нас, он застал на моем лице ликующую улыбочку.
— Что, Дима? Страшно тебе?
— Ты кого сюда привела, стерва?
— Узнаешь.
Каретников со злостью швырнул телефон в стену прямо над моей головой, на макушку мне посыпались его запчасти. То, что этот сверхчеловек так запросто разломал свой сотовый, вселило в меня дуновение паники. Расширенными глазами мы с плачущей Юлькой наблюдали, как он достал из-за ремня брюк пистолет и, заклеив нам губы скотчем, найденным внутри тумбочки под телевизором, осторожными бесшумными шагами вышел в кухню. Сперва мы его видели, затем он скрылся с глаз — дверь была открыта только наполовину, закрывая от нашего взора вход в дом. Дальше мы услышали, как он распахнул дверь, которая жалостливо скрипнула, и вышел на улицу.
Пару минут мы сидели тихо, как мышки, размышляя об этой скверной ситуации. Каретников ни перед чем не остановится, чтобы добиться своего. Ему нужны письма Горького и Короленко, стоящие, по оценке бабы Дуси — Черкеса, громадное состояние. Значит, он имеет связи, имеет ходы, по которым можно будет толкнуть письма, обменяв на валюту. И в тот момент, когда он, притворившись овечкой, краснел перед Евдокией Карловной, объясняющей ему на пальцах допущенную ошибку, Каретников, безусловно, и сам все это знал. Наверняка и с нужными людьми Дима уже договорился, и стоимость уже обсудил. Так что наши шансы остаться невредимыми при этой перспективе — ничтожны.