Библиотека

Клубника со сливками стр. 44

Размер шрифта
-
+
Тема

сейчас непристойно лижется по углам и темным закоулкам, еще будут ей завидовать. Надо только никуда не торопиться, набраться терпения и ждать.

Когда Толе исполнилось тридцать, родители всерьез заволновались, что она так и останется в девках, а потому решили взять дело в свои руки. Надо сказать, что долгое время даже их родительские руки ничего полезного не могли сделать для дочери. Специально приглашенные на дом потенциальные женихи как сквозь пальцы утекали, взглянув лишь один раз на перезрелую невесту. А к тридцати пяти Евстолия вдруг неожиданно похорошела. Она, разумеется, не стала красавицей, но приобрела благородство облика и даже, как ей самой казалось, некоторый аристократизм. Яичный шампунь, который она использовала три раза в неделю, придал ее волосам некоторый блеск. Кончик мясистого носа отвердел и немножко опустился, а самую лучшую часть ее лица, то есть губы, в шестидесятых годах уже можно было выгодно подчеркивать не ядовито-красной или малиновой помадой, а подходящей по цвету к общему стилю.

Тот, кто в конце концов стал ее мужем, был именно таким, о каком она мечтала, то есть умным и солидным. Отец Евстолии, возвращаясь домой из ялтинского санатория, где отдыхал и лечился по профсоюзной путевке, познакомился в поезде с заведующим ленинградским книжным магазином «Мир науки» Николаем Витальевичем Егоровым. Николай Витальевич

оказался вдовцом, который был не прочь снова жениться на приличной женщине из коренных ленинградок. Евстолия подходила по всем статьям, и Егоров незамедлительно был приглашен в дом в качестве нового друга.

Евстолия действительно подошла ему, и он, особо не утруждая себя долгими ухаживаниями, сделал ей предложение, сразу же принеся в подарок обручальное кольцо. Разумеется, она так же сразу согласилась, и, конечно же, не из-за кольца и уж вовсе не из-за небывалого размера коробки шоколадных конфет. Николай Витальевич был высок, дороден, имел элегантную седину и красивые карие глаза. Он был старше Евстолии на двадцать лет, что было сущим пустяком по сравнению с тем, что у нее наконец появилась реальная возможность выйти замуж, да еще за такого приличного и всеми уважаемого человека. Евстолия тут же полюбила Егорова всеми фибрами своей души, что незамедлительно было отражено в ее новых стихах, которые она продолжала писать втайне ото всех. Разомлев после очередной ночи любви, она как-то показала мужу свои творения. Николай Витальевич посоветовал ей выбросить их вон и никогда больше не возвращаться к элегическому стихосложению. Глубоко уязвленная Евстолия сначала хотела обидеться и гордо замкнуться в себе, но потом решила, что это нерационально в ее годы, и, поскольку возраст явно поджимал, сосредоточилась на том, чтобы как можно скорее родить ребенка.

Следует заметить, что Николай Витальевич при всех своих замечательных качествах и свойствах имел один существенный недостаток в лице двадцатипятилетнего сына Никиты от первого брака, балбеса и шалопая. Никита с первого взгляда невзлюбил мачеху за, как он выражался, постное лицо. Почти сразу после водворения Евстолии в их шикарных апартаментах на Садовой улице он съехал к себе, благо отец предусмотрительно купил ему однокомнатную квартиру на Васильевском острове. Разумеется, Евстолия только приветствовала Никитин скорый отъезд, но, к сожалению, сын имел обыкновение чуть ли не раз в месяц напиваться (как опять же он сам выражался) в сосиску и приезжать скандалить и

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.