Клубника со сливками стр. 46
на Анечке, но как-то не слишком строго и настойчиво. Евстолии всегда казалось, что муж проявлял по отношению к сыну непозволительную мягкотелость, в результате чего из мальчика и вырос практически законченный паразит на теле их семьи и всего общества в целом. Жениться на Анечке Никита отказался наотрез, за что ему по настоятельному требованию Евстолии было отказано от дома. Молодой человек удалился на свой Васильевский, что было лучшим выходом для всех. Анечка, конечно, была настроена долго рыдать по своему возлюбленному, но Евстолия очень доходчиво объяснила ей, что это невыгодно скажется на ребенке, и та вняла разумным доводам.
Мальчик, родившийся у Анечки, был точь-в-точь таким, о каком мечталось Евстолии: розовощеким крепышом со смешным темным хохолком на макушке. Она влюбилась в него сразу же, как только вызванная на дом акушерка ей его показала, и стала ревновать мальчишку ко всем и особенно, конечно, к Анечке. Она с трудом переносила, когда та, выпростав из-под халатика тугую, налитую молоком грудь, кормила сына. Это ведь у нее, Евстолии, должен быть такой сыночек, к ее груди он должен прижиматься нежной щечкой и сосать молоко, причмокивая от удовольствия. Почему жизнь устроена так несправедливо? Этой девчонке совершенно не нужен ребенок. Она сама еще слишком юна и неразумна. И потом… у нее еще вполне могут родиться другие дети… Что ей в этом мальчике…
Когда за Анечкой с ребенком приехали из Мышкина отец и мать, у Евстолии чуть не случился сердечный приступ.
– Не стоит их забирать в деревню, – неустанно твердила она родителям девушки. – Анечка живет практически на всем готовом. Мы и вашему внуку дадим все необходимое: и обеспеченную жизнь, и образование. А что его ждет в деревне? Неужели вы хотите сделать из мальчика какого-нибудь… скотника?
Анечкин отец, сильно смущаясь и потея, говорил, что, например, тракторист – тоже очень хорошая профессия, хотя и скотник – вполне подходящая, потому как ежели бы не скотники, то еще неизвестно, что бы они все кушали в своем Ленинграде.
– Там у нас в Мышкине Анютку и жених дожидается – Павел, – тут же встревала мамаша. – Очень хороший человек. Они с нашей-то вместе в школе учились, и он с малолетства всегда за ней хвостом ходил. И ребенка, сказал, примет, не погнушается.
Евстолия пыталась воззвать к разуму Анечки, но та, привыкшая во всем следовать родительской воле, только угрюмо молчала, прижимая к себе сына. На вмешательство Николая Витальевича Евстолия особенно не рассчитывала, потому что муж никогда не горел желанием иметь в доме маленького ребенка, но он вдруг неожиданно взял на себя переговоры с родителями Анечки. Евстолия не спрашивала, какие такие особенные доводы муж привел и почему так переменился по отношению к младенцам, но только Анечка уехала в Мышкино без сына и вскоре действительно вышла там замуж за своего одноклассника Павла.
Мальчика назвали Юриком. Он был очень похож на Никиту, за что, видимо, его и полюбил Николай Витальевич. Никита, в свою очередь, был похож на собственного отца, и потому Евстолия заимела сына, имевшего фамильные черты рода Егоровых, чего ей было вполне достаточно для счастья.
Когда мальчику исполнилось три года, неожиданно вернулась Анечка, похудевшая, поникшая и какая-то вылинявшая. Оказалось, что все это время она очень