Библиотека

Королевской поступью стр. 76

Размер шрифта
-
+
Тема

госпожа, – тихонько тряхнула меня горничная за плечо, – просыпайтесь.

– Не-е-е-т, – залезла головой под подушку, – Варя, имей совесть, я заснула под утро.

– Вас ждут через час Его Величества, – девушка забрала подушку и затрясла сильнее.

Только это было не нужно, меня словно кипятком окатили:

– Почему? А-а-а. Вернее, за что? Покалечила этих козлов датских, что ли?

– Не знаю, – девушка подала мне халат, – времени мало, надо успеть одеться.

– Да, конечно.

Наскоро умывшись и нацепив первое попавшееся платье, присела за трюмо, горничная плела косу, чтобы уложить её в узел. Скромно и со вкусом, как говорится.

И тут я вспомнила про дежурство у Теодоры, ведь именно сегодня наступала моя очередь.

– Варенька, – простонала я, – что же ты раньше не разбудила. Ведь мне к принцессе нужно было.

– Приказали вас не тревожить, – девушка споро укладывала волосы.

– Кто?

– Его Высочество, Павел Михайлович. Он пришёл с главным из свиты принцессы, пастухом их, – Варя тихонько рассмеялась, – расспросил княжну Болтину Марию Васильевну и про бал, и как потом они к ней ворваться пытались. Долго ругался на гвардейцев и распорядился дать вам отдохнуть.

– М-да, спасибо ему. Пойду сейчас опухшая со сна, – я разглядывала себя в зеркало: глаза отекли, под ними круги залегли, нос раскраснелся от рыданий.

– Припудрим, подкрасим, – улыбнулась девушка.

В дверь постучали и в спальню, не дождавшись, когда откроют, вошла Маша:

– Извините, что вот так врываюсь. Александра Николаевна, Саша, прости меня, пожалуйста, – она молитвенно сложила руки.

– За что?

Варя закончила с причёской, подколола вуаль, и я села на софу, приглашаю Марию присоединиться.

– Тебя ведь Их Величества к себе вызывают. Отправят в отставку. И всё из-за меня, – княжна всхлипнула.

– Маша, не разводи сырость. Может, наградить меня хотят? – Подмигнула ей, хотя кошки на душе не то что скребли, рвали сердце в клочья.

– Как же, наградить, – губы её дрожали, – шепчутся фрейлины, что император в ярости. Переговоры опять расстроились. Эти двое из опочивален не выходят, всё доктора к ним бегают.

– И поделом. Раскаяния у меня ни на грамм. Не надо переживать. Выгонят, уеду в поместье и заживу, наконец, в своё удовольствие. Ещё бы раз такое повторилось, сильнее приложила этих мерзавцев. Гадость какая. А ещё аристократы. Подонки.

Я повернулась к свету, и Маша ахнула:

– Сашенька, что с твоим лицом? Ты плакала? Испугалась, да? Или откат такой силы?

– Ни то ни другое, – поморщилась я, – потом расскажу. Не будем сейчас об этом.

– Подожди, – Мария приложила ладони к моим вискам и закрыла глаза. В голове перестали стучать противные молоточки, а по венам заструилась благодатная сила.

– Ну вот, – подняла веки минуты через три княжна и кивнула, – теперь другое дело.

Подошла к зеркалу:

– Машенька, ты чудо!

Лицо свежее, точно бутон розы, глаза сияют. Хоть снова на бал отправляйся.

– Мне так хочется помочь, но я мало что могу, – девушка вздохнула.

– Это большее, чем сейчас желала. Знаешь, как было стыдно идти в таком виде, будто месяц не спала.

Девушка зарумянилась:

– Спасибо, на добром слове. Правда, не держишь на меня обиды?

– Что ты, Машенька, – взяла её за руки, – мне тебя благодарить надо. Вольную сегодня получу. Не для меня эта придворная жизнь. Интриги подковёрные, сплетни, шепотки за спиной. Противно. Будто помоями облили.

– Многие за место фрейлины и не

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.