Библиотека

Королевской поступью стр. 79

Размер шрифта
-
+
Тема

она перед принцем.

– Добрый день, княжна. Вы ждали Александру Николаевну?

Маша только молча кивнула.

– Я сам провожу Её Светлость до покоев. Можете быть свободны.

Девушка кинула растерянный взгляд на меня, потом на Павла и осталась стоять на месте, смутившись окончательно.

Ко мне возвращалось самообладание, немного отдышавшись, взяла себя в руки и спокойно пошла к нашему крылу в сопровождении принца.

– Вы суровы, – заметила на ходу Павлу, – княжна Болтина переживала за меня.

Дыхание цесаревича обожгло моё плечо:

– Хотел пройтись с вами наедине.

Я невольно дёрнулась в сторону от неожиданности, да и сказывались все треволнения двух дней. Павел странно посмотрел на меня и больше попыток приблизиться не предпринимал.

Мы прошли через пару галерей.

– Кхм, – прервал молчание Павел, – завтра зайду за вами, время занятий вам сообщат.

– Кто ваш учитель? – Полюбопытствовала я.

– О! Он вам понравится. У него столь же нестандартное мышление и новаторские методы, – усмехнулся цесаревич.

– На что вы намекаете?

– Вашу встречу гостей на высшем уровне, – принц, уже не скрываясь, потешался, – видели бы вы их лица.

– Странно, – остановилась я, обернувшись так резко, что Павел невольно столкнулся со мной, – во дворце, то есть, вашем доме чуть не обесчестили княжну, наследницу древнего рода, сильную целительницу, и вы, вместо того чтобы наказать подонков, находите это смешным?

Лицо цесаревича стало суровым:

– В разговоре с императором вы не были столь смелой.

– Конечно. Я понимаю, с кем разговариваю. Но, что касается наших отно… нашего общения… Думала, мы можем быть более откровенны. Простите, Ваше Императорское Высочество, за мою дерзость.

Развернувшись, поспешила дальше.

– Постойте, Александра! Вы меня не так поняли, – Павел нагнал меня, взяв за руку, – надо понимать, что это не просто инцидент. Здесь завязана большая политика, поверьте, сильней всего мне хотелось размазать этих мерзавцев по стенам… Но это приведёт к обострению отношений между странами. Мы не в силах ничего сделать, к тому же вреда причинено не было. По факту. Отец выразил своё недовольство Теодоре. Она обещала принять меры сама. Дальше мы бессильны. Но только пока. Уверяю вас.

Я устало провела по лбу рукой:

– Простите меня. Что вот так вывалила вам всё. Вы правы. Надо было сказать императору.

Цесаревич округлил глаза:

– Вы в своём уме?

– Шучу так. Это от нервов. Не обращайте внимания.

– Д-да, – опешил Павел, – столько пережить. Вам, наверное, нелегко.

Все эти проверки, пикировки, действительно вымотали меня. Я чувствовала, что мне необходимо поспать ещё, как минимум часов двадцать.

– Ваше Высочество, – вспомнила про Теодору, – у меня завтра дежурство у Её Высочества. Наши занятия придётся отложить?

Цесаревич лукаво улыбнулся:

– Александра Николаевна, вас наказал император, не кто-нибудь. Придётся вам отбывать повинность как положено.

– Как же…

– Никаких возражений, – махнул рукой Павел, – Его Императорскому Величеству возражать непринято. С утра можете отправляться к Теодоре, потом вас пригласят на урок.

– Хорошо, – покорно кивнула я, – Ваше Высочество, – добавила, спохватившись.

Цесаревич рассмеялся:

– Вы удивительно нелицемерны. Такое редко встретишь в стенах дворца.

Его взгляд ласкал почище всяких объятий, невольно румянец залил мои щёки.

– И очень красивы, – тихо добавил он.

– Мы пришли, – я даже обрадовалась, увидев родной коридор с нашими спальнями.

Цесаревич взял мою кисть обоими руками и поднёс к губам:

– До завтра, прекрасная узница.

– П-почему узница? – Переизбыток эмоций всё же давал

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.