Кто там прячется во мраке? стр. 126
Остальные вещи тоже опознают. На его костюме должна быть кровь. Кстати, соседка вдовы Шмугаль опознала его: он был ее любовником и украл брошку. Нужен обыск! Сможешь? Он засветился в списке «черных нотариусов», которые подозреваются в незаконных махинациях с собственностью на сайте «Незаконные законники», народ там пишет про всякие нарушения. На этом его можно прихватить и получить ордер. А там будет видно. Он убил студентку в парке двенадцать лет назад, жену Бродского… и не только. Это идеальное преступление – убийца подсовывает вместо себя другого…
Он уже выходил от капитана, когда его настиг очередной звонок от Леши Добродеева. На сей раз он ответил. Возбужденный журналист закричал:
– Федя, я в «Кукушке»! Ты как? Успел? Нормально? Звоню-звоню, а ты не отвечаешь! Уж не знал, что и думать!
– Нормально, Леша. Сейчас приеду, расскажу.
Глава 48. У Митрича
Луцилия приветствует Сенека!
Ты спрашиваешь: как я все узнал? —
Молва все знает, хоть таись в отсеке,
Хоть вырой неприступнейший канал.
– И тогда я подумал, Савелий, что не один Бродский на виду, есть еще тот, кто все время рядом! Но подозрений не вызывает, доверие к нему полное, ни поводов, ни мотива для убийства у него нет. Все его любят, похож он на мальчишку – рот до ушей и всегда в запасе свежий анекдот. Джокер.
Федор Алексеев и Савелий Зотов сидели в гостеприимном заведении Митрича в ожидании капитана Астахова, который по своему обыкновению запаздывал – работа у него такая, то облава, то засада. Федор рассказывал, Савелий внимательно слушал и задавал вопросы. Взволнованный Митрич поглядывал издали и, сгорая от любопытства, пытался поскорее избавиться от привередливого клиента.
– Но есть движения, Савелий, которые человек не контролирует, нельзя все держать под контролем, – продолжал Федор. – Слово, жест, взгляд… интонация. Везде Бродский, везде Драга. Оба, плечом к плечу. Юрист не женат. Завещание вдовы Шмугаль составлял он; офис свой открыл четыре года назад, и мысль, что деньги ему после получения наследства ссудил Бродский, лежит на поверхности. Напрашивается вопрос: кому была выгодна ее смерть и кого видел Гущин в ту роковую ночь? И еще. Согласно завещанию Бродского, составленному также Драгой, он бенефициар, других родственников у Руслана нет.
– Но он не мог знать заранее, что Бродский попытается покончить с собой, – сказал Савелий. – Он же просил тебя повлиять на него, договорился с Рыдаевым…
– Не мог. Но предполагал, зная своего друга. Он действительно просил повлиять на Бродского, прекрасно зная, что тот не согласится. Он ничем не рисковал. Зачем же он звонил? Я потом еще раз прокрутил наш разговор… Он упомянул, что видел Шеремета со Снежаной: они поцеловались, и тот ушел. По сути, он обеспечил ему алиби и тут же заявил, что готов выступить свидетелем измены Снежаны. Сказал, что понимает Бродского – так, мол, ей и надо! Она заслужила… Он так это сказал… в этом было что-то большее, чем обида за друга. Он просто подталкивал к тому, что убийца Бродский, понимаешь? Уже записал друга в виновные и не стеснялся заявлять об этом. И это в то время, когда Шеремет еще ходил в подозреваемых. А потом было еще кое-что. Секретарша Бродского, Елена, просила за
шефа, утверждала, что