Библиотека

Кукла Коломбины стр. 97

Размер шрифта
-
+
Тема

только в себя придет, все выложит! Отпечаток с пуговицы сличили. Совпал полностью.

– А склад, где они укрывались, нашли?

– А то как же! Всю банду, что еще оставалась, накрыли. Помнишь того, что из порта убег? И тут улизнуть хотел. Я его в два счета скрутил.

Румянцев гордился собой и хотел, чтобы она оценила его геройство.

Она хвалила, но ему почему-то казалось, что равнодушно.

«Наверное, ослабела от тревоги за отца», – решил он.

– Ящики с оружием тоже взяли?

– Вот тут осечка вышла. Не было ящиков. Наверное, успели вывезти. Я так думаю, что у них с революционерами связь была. Для них оружие. Ты, когда там была, никого больше не видела?

– Нет.

Румянцев посмотрел изучающе, но ничего подозрительного на ее лице не заметил.

– Ладно. Поймаем и этих. Не сомневайся.

– Я не сомневаюсь, – отвечала Нюрка.

В один из дней, когда тятенька уже мог самостоятельно садиться и даже с их с Фефой помощью дошел да уборной, пришел Николай.

В больницу как раз заявилась Фефа с полной кастрюлей жареной картошки.

– Таня хорошего постного масла дала, – сообщила она, доставая дары Волхвов. – Плата за то, что с матерью ее сидела. От полковничьих щедрот, думаю. Уж такая поджаристая получилась! Глянь, Анюта, язык проглотить можно!

На картошку подтянулась вся округа. Зашел даже доктор Борис Маркович с сестрами милосердия – Машей и Надей.

Все принялись хвалить картошку и до небес превозносить ту, кто ее приготовил.

Захваленная Фефа отвлеклась и не заметила, как на пороге появился давешний фармазон.

Только когда Нюрка с радостным возгласом кинулась к двери, подняла глаза и обомлела.

Фармазон собственной персоной! Нарисовался – не сотрешь!

Вмешаться и остановить его она, к своему великому сожалению, не успела. Нюрка схватила фармазона за руку и поволокла в коридор.

Не орать же вслед?

– Аня, прости, что не приходил. Не мог раньше.

– Ты здоров? Ничего не случилось? – взволнованно вглядываясь в его лицо, спрашивала она.

– Теперь да. Вполне. Как Афанасий Силыч? Я беспокоился за него.

– Уже лучше. Скажи, ты был после той ночи в «Привале»?

– Лишь однажды. Знал, что тебе интересно будет.

Нюркины глаза заблестели.

– Расскажи!

Она уселась на подоконник, собираясь слушать про интересное.

– Ольга Глебова с тех пор не появлялась. Слышал, что больна. За ней ухаживает Ахматова. А вот Лурье бывает. По-прежнему весел. Судейкин, кажется, собирается уезжать за границу с новой женой.

– Он ни при чем. Как и Кузмин. Биндюжника, то есть Павла Глебова, никто не нанимал. Он убивал сначала из любви к сестре, а потом из ненависти к ней. В ту ночь собирался убить и ее.

– За что?

– За то, что предала свой светлый образ и стала такой, какой он не хотел ее видеть.

– Она действительно не догадывалась, что все убийства – дело рук ее родного брата?

– Уверяет, не могла даже предположить, что ее брат вернется через столько лет. Куклы были его посланием, но она не сумела его прочесть.

– Скорее, не хотела. Оберегала свой покой. Как ты думаешь, если бы она догадалась раньше, убийств могло не случиться?

Нюрка долго молчала, а потом сказала:

– Не думаю, что она виновата. Глебов очень больной человек.

– Сумасшедший, лучше скажи!

– И несчастный.

– А Ольга разве нет? Думаешь, сможет жить по-прежнему?

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.