Библиотека

Ледяной ветер Суоми стр. 70

Размер шрифта
-
+
Тема

бросьте в почтовый ящик. А копию пошлите курьерским в Петербург. Там ее встретят, я распоряжусь.

– Как лучше послать, ваше высокородие?

– С вашего позволения, Алексей Николаевич.

– …Алексей Николаевич. В России вручили бы пакет старшему кондуктору, а здесь весь персонал дороги из финляндских уроженцев. Боязно.

– Выберите из служительской команды штаба корпуса ефрейтора посмышленее и пошлите к нам в департамент, на Фонтанку, шестнадцать. Билет туда-обратно я оплачу.

Так и порешили обойтись без высокого начальства. Казанцев лично бросил письмо в почтовый ящик курьерского поезда до Петербурга. Толковый нижний чин уехал с фотокопией шпионского донесения тем же поездом.

История получила продолжение спустя всего два дня. Алексей Николаевич зашел в контрразведку и обнаружил там сидящего в одиночестве Казанцева.

– Дмитрий Леонидович, Насникова не видели?

– Выехал в шхеры, там опять рацию чужую перехватили.

– Черт, забыл спросить у него, как он скатался на Лонгхольм…

– Могу рассказать, – оживился подполковник. – Они с сухопутным моряком, поручиком по Адмиралтейству Самодуровым, отправились ловить вражеских радиотелеграфистов вдвоем. С наганами в кобурах. Легкомысленная молодежь… В результате попали под винтовочный огонь. Хорошо, ганс промазал. Или только хотел отпугнуть. Радисты сели в поджидавшую их подводную лодку и уплыли нах Фатерланд.

Статский советник осуждающе покачал головой. В адрес не то шпионов, не то «легкомысленной молодежи». Потом вспомнил:

– А что с отчетом о продаже швейных машин?

– Как раз читаю перевод вашего Зыбина. Кудесник! Все расшифровал. Вот послушайте.

И Казанцев зачитал вслух донесение агента. Тот сообщал по команде, что завербовал сверхсрочнослужащего писаря штаба Финляндской пограничной охраны. Тот готов сообщить расписание пикетов, включая секретные. А также штаты всех отрядов, формуляры их командиров и сводку вооружения. Просит за это тысячу рублей золотом. Встреча с писарем назначена на 9 октября в восемь часов вечера в «усадьбе священника».

– Девятое октября завтра! – возбудился сыщик. – А что такое «усадьба священника»?

– Так гельсингфорцы называют доходный дом купца Чернышова на Елизаветинской, двадцать девять. Комнаты внаем. Доход поступает в пользу православного прихода. Внутри имеется домовая церковь, обозначенная снаружи куполом-луковицей, отсюда и название. Вот хитрые черти! Знают, что в таком месте мы шпионов искать не станем.

– Дмитрий Леонидович, идемте к полковнику Еремину, – предложил питерец. – Времени осталось мало, штаты контрразведывательного отделения ограничены, Насников уехал… Нужна помощь жандармов.

– Я должен получить на это разрешение генерала Новикова.

– Айда к нему вместе.

Генерал-майор выслушал доклад Казанцева, комментарий сыщика и телефонировал в жандармское управление. Согласие было получено. Сыщик и контрразведчик отправились на Рихардскую улицу, где состоялось представительное совещание. Кроме статского советника и Казанцева, в нем приняли участие сам Еремин, его помощник подполковник Чуйкевич и начальник контрразведывательного отделения Свеаборгской крепости полковник Николаев.

Среди этих чинов самым полезным оказался именно Дмитрий Леонидович. Он знал город, его жителей и их привычки лучше всех остальных, вместе взятых. И заявил:

– Доходный дом Чернышова очень трудно филировать, тем более вечером. Там восемь входов. И три сотни комнат внаем. Где именно состоится встреча вербовщика с предателем, мы не знаем. Имеет ли жандармское управление достаточное количество наблюдательных агентов для контроля?

– Не имеет, – лаконично ответил Чуйкевич.

– Сколько человек вы можете выставить? – уточнил Лыков. – Ведь филерская служба у вас есть.

– Служба есть, но она малочисленная и почти вся уже засвечена активистами, – вмешался полковник Еремин. – Я вам, Алексей Николаевич, это уже объяснял

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.