Лётчик и девушка стр. 20
– прибранном, выскобленном, полном шитых салфеток и кружевных скатертей. Потрескивал огонь в печи. Лётчик вдохнул сухой и чистый, будто отстиранный воздух, и голова у него закружилась – так потянуло в сон.
– Погоди! – громогласно велела старуха. – С тебя грязь кусками отваливается! Мойся иди. Потом покормлю.
Вместо бани старуха имела хитро устроенную ванну. Резервуар с водой грелся прямо от домовой печи. Лётчик с наслаждением вымылся, замочил в ванне комбинезон, надел чистое и вернулся в дом, где вкусно пахло съестным. Старуха стряпала ужин, с натугой резала вяленое мясо. На столе дымилась каша в горшке.
Только через несколько минут лётчик вспомнил, что не спросил у спасительницы её имени.
Старуха расхохоталась.
– Лута, – сказала она. – Лутой меня называют. А ты…
Лётчик только набрал воздуху в грудь, как она прогремела:
– Грешен!
Лётчик вздрогнул и выронил ложку.
– Грешен! – страшным голосом повторила старуха, поднявшись. – Зачем демона улестил? В уме ли был? Только бабам дозволено смирять демонов. За то у баб каждый месяц отнимают крови, только на срок тягости попущение дают… А ты кто? Теперь тебе злосчастье будет. Зачем взял демона?
Лётчик прикрыл глаза, медленно выдохнул и вдохнул. «Бедная женщина, – подумал он. – Не в своём уме, должно быть. Почему она здесь одна, без опёки?… Как она справляется?…»
– Какого демона… уважаемая Лута?
Старуха резко осела на стул и гулким шёпотом проговорила:
– Не знаешь?
– Не знаю.
– Вот и не знай.
Может, она и была не в своём уме, но вести хозяйство это ей ничуть не мешало. Наутро лётчик даже устыдился, обнаружив, что ночью она выстирала его одежду. В сухости и жаре возле печи комбинезон успел высохнуть, только зимние сапоги внутри остались ещё сырыми. Встала старуха до зари и пожарила для гостя исполинский омлет. Лётчик отяжелел после такого завтрака.
– Мне нужно в Ган, – сказал он, поблагодарив её за заботу. – Вы подскажете, как добраться?
Лута помолчала.
– Зачем тебе в Ган? – спросила она.
– Нужно починить самолёт. И хорошо бы найти машину, которая довезёт меня до Синлапа. Погода нелётная.
– Зачем тебе в Синлап?
– Я слышал, там можно встретить звёздных людей.
– Зачем тебе звёздные люди?
Лётчик вздохнул.
– Это моё дело, – ответил он. – Я лечу к неподвижным звёздам.
До сих пор старуха спокойно перематывала клубок шерсти, но тут покосилась на лётчика. Под морщинистым черепашьим веком блеснул зелёный, ясный молодой глаз.
– А нет больше Синлапа, – просто сказала она. – И Гана нет.
– Что?
…«Два года назад», – сказала она. Лётчик вспомнил разбитую лётную полосу, заплетённые лианами руины терминала, и усомнился. «Два года назад, – подтвердила Лута. – Я проснулась утром, вышла на балкон и увидела, что никого нет. В целом городе никого не было. Стены начали трескаться. Словно время для всего, кроме меня, шло быстро-быстро. Дома ветшали и рушились на моих глазах. И никого вокруг, ни трупа, ни скелета. Я, должно быть, сошла с ума тогда».
Лётчик ничего не ответил, только склонил голову на руки, в задумчивости кусая губу.
Несколько дней Лута провела в погибшем Гане, не зная, как быть. Словно в полусне, она пошла пешком на окраину города, надеясь найти там свою подругу. Подруги