Летняя королева стр. 222
в Англии.
– В самом деле, жаль, – согласилась Алиенора.
Сама же при этом подумала, что сможет править в своих владениях и чувствовать себя в безопасности, потому что станет замужней женщиной. Она действительно получит свободу.
– Я вернусь, когда сделаю все, что должен, и мы тогда лучше узнаем друг друга. – Он улыбнулся ей. – Я никак не мог отложить теперешнюю нашу встречу до более удобного момента.
– Если бы вы не приехали, то более удобного момента могло и не наступить, – сухо бросила она.
– Я понимаю. – Он весело сверкнул глазами. – Но я ведь ответил на ваш зов, и я признаю важность этого союза – для нас
обоих.
Позже начались танцы, и когда Алиенора взяла за руки Генриха, между ними проскочила искра. Он оказался хорошим танцором – энергичным и в то же время гибким. Жених был выше ее, но ненамного, и они двигались слаженно, посылая друг другу многозначительные взгляды, полные желания и вызова.
Вассалы Алиеноры, нагрузившись к этому времени вином, продемонстрировали здоровые мужские танцы, принятые у местных. Генрих легко освоил трудные шаги. Алиенора заметила, с каким удовольствием он движется, нимало при этом не смущаясь. Он мог посмеяться над собой, если путал движения, или наспех поклониться под аплодисменты, если ему все удавалось. Людовик никогда бы даже не попытался присоединиться к такому занятию. Веселье Генриха оказалось заразительным, и в какой-то момент Алиенора так расхохоталась, что уже держалась за бока. Очень давно она не испытывала ничего подобного, и это ее испугало. Но остановиться было трудно, и у нее на глазах выступили слезы. Когда танец закончился, она решила уйти.
Генрих поклонился:
– Увидимся утром, мадам. – Взгляд его вспыхнул. – А завтра нам уже не придется желать друг другу спокойной ночи.
Лицо Алиеноры обдало жаром.
– Да, – сказала она и удалилась с придворными дамами, чувствуя смятение.
Его прикосновения сегодня вечером взволновали ее больше, чем она ожидала. Впрочем, Алиенора давно уже спит одна, а он вроде бы искренне в ней заинтересован. И дело тут не только в политике. Если Генрих не окажется полным мужланом в спальне, то брачная ночь обещает быть приятной.
Пока дамы стелили постель и зашторивали окна, она опустилась на колени перед маленьким алтарем и помолилась, надеясь, что сделала все правильно перед Богом и Аквитанией. Ей хотелось заключить союз равных, чтобы они с Генрихом соединили свои умения. Она стремилась заполучить для своего дома единомышленника и поддержку. Ей хотелось детей: сыновей и дочерей, которые в итоге примут на себя ее роль.
Прежде чем подняться с колен, она поклялась сделать этот брак хорошим. На этот раз ей все удастся.
Генрих, не нуждаясь в долгом сне, ушел к себе гораздо позже. Он продолжал общаться с баронами из Пуату, находя с ними общие интересы и решая, кому можно доверять, а к кому стоит присмотреться. Герцог намеренно действовал открыто, ясно давая понять, на что способен, словно предупреждая, что с ним шутки плохи, хоть он и молод.
В конце концов он ушел спать и даже помолился перед сном – наспех, но тем не менее искренне. Генрих поблагодарил Господа за неожиданный подарок. Алиенора оказалась привлекательной, хоть и на девять лет старше, а еще она его заинтриговала. Она была совершенно не похожа