Люксембургский сад стр. 28
Серафимы Михайловны замерло, а затем ухнуло вниз и застучало в районе колен.
Мишель накрыл её ладонь своей. Он всегда так делал, когда хотел, чтобы Сима доверилась ему, пошла навстречу. Она почувствовала, как краска постепенно заливает её лицо.
— Все усложнилось, — сказал Мишель, — теперь есть дело, и есть… — он запнулся, — мы.
Сима кивнула и снова отвернулась к окну, чтобы скрыть подступившие слезы.
— Ты ничего не ешь. — Он подвинул тарелку с остывшим супом поближе к ней. — Ты так скоро совсем станешь прозрачной.
Незаметно вытерев предательскую слезу в уголке глаза, Сима улыбнулась и взялась за ложку.
— Но ты обещаешь, что в том, что мы делаем, нет ничего… — она напряженно вгляделась в его лицо, — плохого?
— Симочка, ну что плохого и криминального в том, чтобы поцеловать крокодила и потратить несколько тысяч на платье? Многие женщины только так и живут. — Он улыбнулся ей.
Сима зачарованно наблюдала за его руками с такими длинными изящными пальцами, как у пианиста. Ей захотелось взять эту руку и прижать к своей щеке.
Потом они заговорили про гимназию, которая в его присутствии таяла, как мираж. Сима передала ему свой разговор с директором, и он заметно развеселился, услышав эту историю.
— А про крокодила он ничего не спрашивал? — уточнил Мишель.
— Не-а, — радостно сообщила Сима. — Мне даже никто из родителей не позвонил.
— Да-а? — удивленно переспросил он. — А дети, дети говорили об этом? — Он внимательно посмотрел на Симу из-за букета роз, гордо возвышающегося посередине стола.
— Дети — да! — Сима рассмеялась. — Они постоянно вспоминают об этом. Остальные учащиеся уже в курсе. Ко мне даже обращались за подтверждением из других классов.
— А ты? — поинтересовался он.
— Подтвердила, — пожала плечами Сима, — как договаривались.
— Умница! — похвалил Мишель. Его настроение улучшалось с каждой минутой. — Надо во всех ситуациях оставаться оптимистом, — подытожил он и поднял свой бокал: — За нас!
— За нас! — улыбнулась Сима, и они нежно соприкоснулись бокалами.
— Теперь о деле, — бодро сказал Мишель, как только официант поставил две чашечки эспрессо на стол и удалился.
— На улице идет снег, совсем скоро Новый год, — глупо добавила Сима, ей не хотелось говорить о делах.
— Да уж, — с готовностью откликнулся Мишель, — скоро начнутся школьные каникулы.
— А у тебя есть дети? — вдруг спросила Сима, сама испугавшись своей смелости.
— Нет, — в глазах Мишеля мелькнуло легкое недоумение.
Сима вновь вспыхнула, не в силах скрыть смятение.
— И я никогда не был женат, — добавил он, не отрывая от нее взгляда.
— А почему? — спросила она, боясь, что он услышит громкий стук её сердца.
— Ну, во-первых, не встретил свою половину, а во-вторых, были проблемы, которые не позволяли мне задумываться на подобные темы. А ты, Мишель улыбнулся, — собираешься замуж? Он чуть не добавил «за своего физика», но вовремя сдержался — не нужно создавать у нее ощущение, что она находится под их колпаком двадцать четыре часа в сутки.
— Нет. — Сима нервно скомкала многострадальную салфетку. — Мне сложно найти… Она замолчала, осознав, что не может ответить на этот вопрос, не выдав себя с головой.
— Сима, ты не понимаешь, насколько привлекательна для мужчин, — назидательно произнес Мишель. Неуверенность этой женщины перестала умилять его.
Сима скромно потупила взор, сгорая от радости и восторга.
— Твои глаза, ноги, губы… Ты могла бы