Материя. Том 2 стр. 405
и не требовали укрощения шпильками. Теперь они были собраны в низкий, гладкий узел на затылке – аккуратный, почти строгий, но удивительно мягкий. Несколько тонких прядей были выпущены у висков, слегка завиваясь, напоминая шаловливые кошачьи хвосты. Это уже не девушка, подумал Лэйд, ощущая легкую грусть и пытаясь унять волнение, зыбкими волнами сотрясающее грудь. Это молодая женщина, которая знает, как хочет выглядеть перед миром.
– Я тут подумал… – Лэйд с делано небрежным видом пригладил волосы. – Неделька выдалась хлопотная, а? Я разведал одно премилое местечко в Миддлдэке, что-то вроде ресторанчика, там подают обжаренную курицу в соусе из шпината и кокосового молока – пальчики оближешь! Что вы скажете, если я приглашу вас на ужин?
Глаза Сэнди широко распахнулись. Пожалуй, даже шире, чем полагается при удивлении.
– О, Чабб…
Лэйд шутливо погрозил ей пальцем.
– На твоем месте я бы беспокоился о фигуре, а не о кошельке – «Бакалейные товары Лайвстоуна и Торпа» берут на себя все расходы!
Ее пшеничные брови дрогнули. Обычно дерзкие и решительные, сейчас они выглядели почти беспомощными.
– Но…
– Хочу увидеть твое лицо, когда ты попробуешь пряную вяленую говядину! Эта штука может останавливать войны!..
– Я не в силах принять ваше предложение, сэр. Я просто не могу этого сделать.
Лэйд остановился посреди лавки, ощутив, как сердце зазвенело, точно угодившая под каблук ледышка.
– Что? Только не говори, что ты села на какую-нибудь диету! В мире нет ничего лучше вяленой говядины по-маорийски!
– Я не об этом, – Сэнди беспомощно улыбнулась, – я бы с удовольствием поужинала с вами, Чабб, но… Боюсь, это может быть превратно понято. Вы же знаете, как любят судачить и перемывать косточки в Хукахука.
– Какой вздор! – воскликнул Лэйд с жаром. – Что за нелепое ханжество! Мы в Новом Бангоре, а не на берегу Туманного Альбиона, этого средоточия постных викторианских тупиц, норовящих закутать в вуали даже бродячих собак! Вы вольны ужинать с кем заблагорассудится!
– Только не в моем положении, сэр.
Его сердце сделало еще одно осторожное неуверенное движение.
– Но ты…
– Помолвлена, – брови Сэнди изогнулись, словно пара златошерстных лисиц, – три дня назад.
Наверное, он должен был что-то сказать. Принести поздравление, или что еще полагается делать в таких случаях? Но в мире вдруг сделалось отчаянно мало слов, и даже те, что приходили на ум, казались отчаянно нескладными и нелепыми. Он сам себе казался нескладным и нелепым – толстяк, замерший посреди лавки, хватающий губами воздух, точно глупый карась.
– Ну и… кто этот счастливчик?
Сэнди улыбнулась:
– Мистер Кроуфорд. Может, вы его помните, это наш новый констебль.
– Ах да. Конечно, – Лэйд затряс головой, – мистер Синие Глаза с прекрасными манерами! Конечно, помню. Я… необычайно рад за вас, мисс Прайс. Это… весьма благоразумный и серьезный молодой человек. Я…
Кажется, он нес что-то еще. О том, что будет рад, о том, что непременно, о том, что само собой разумеется… В этот раз у него не было спасительного советника и его собственный язык нес всякую ерунду, обмякая, как дохлый кит. Но, кажется, ему удалось справиться с этой работой.
Сэнди улыбалась, но в глазах ее застыло беспокойство.
Может, она и не смогла отыскать те злосчастные восемь пенсов, но нюх у нее был отменный, этого не отнять.
– Вы в порядке, Чабб?
– Что? Ну разумеется. Просто… немного устал. Эта жара способна доконать джентльмена моих лет и моего сложения. Я… побуду у себя в кабинете, если ты не против. Поработаю с бумагами.
Судя по тому, как нескоро зашуршали страницы спрятанной за кассовым аппаратом книги, она некоторое время стояла и озадаченно смотрела ему вослед, прежде чем вернуться к чтению.
Не чувствуя