Библиотека

Меч эльфов. Наследница трона стр. 117

Размер шрифта
-
+
Тема

в гавань! И обыщите их галеру! Это единственный корабль, который может покинуть гавань.

— А ты, сестра?

Мишель подняла голову к освещенному окну.

— Я пойду попрощаюсь. — Она знала его больше двадцати лет. Она видела, как умирали многие братья и сестры. Но то, что Альварез может уйти… Об этом она не думала никогда. Его смех, его веселый характер всегда были надежной опорой в трудные времена. Ничто не могло потрясти его. Он всегда первым оправлялся от ударов и смотрел вперед. — Я потом приду в гавань.

Капитан кивнул. Позвал подчиненных. Отряд построился в свободную колонну. Каждый из них поднял голову, когда они проходили под

окном башни.

Мишель взяла фонарь, который стоял на земле рядом с ней. И вдруг почувствовала себя бесконечно усталой. За деревянной повозкой, прямо у стены башни сидела мокрая собака. У нее была грязная желто-коричневая шерсть, но она была хорошо откормленной. Мишель знала ее, как и все в портовой крепости. У нее было всего три ноги, и какой-то шельмец научил ее бегать только на задних лапах. Тот, кто хоть раз видел это, не забудет никогда. Каждый день желтая собака обходила трактиры. И ниоткуда не уходила голодной. Вот и теперь она грызла старую косточку, которую прижимала к мостовой оставшейся передней лапой.

Что-то в этой косточке показалось Мишель странным. Женщина присела перед собакой на корточки. Та недоверчиво посмотрела на ее руки. Из горла поднялось негромкое рычание.

Мишель открыла бленду фонаря. Косточка была похожей на ребро. Она ударила собаку по пасти тыльной стороной ладони.

Собака с лаем прыгнула на нее. Женщина поднялась и пнула животное. Завизжав, то вскочило на задние лапы и побежало прочь.

Мишель наклонилась за косточкой и поднесла ее к фонарю. На ней был вырезан псалом. Рыцарь с трудом перевела дух. Затем вынула из ножен рапиру и устремилась назад, в храмовую башню. Эльф не только убил Альвареза, он еще и забрался в такое место, которое они из священного трепета обыскали только поверхностно. Он должен быть на галерее, где стоят ящики с реликвиями. И он выбросил кости святого на поживу собакам!

Чудесный вечер

Тарквинон наслаждался вечером. Для осеннего дня было тепло. Он сидел на трибуне, которую возвели для гептархов и других высших чинов Церкви на площади Священного гнева. Он хорошо видел, что большинство князей Церкви скучают, хотя никто из них не отваживается перешептываться с соседями. Они смотрели на трепещущие знамена за эшафотом, или просто на небо, или же на свои богато вышитые туфли.

Тарквинон презирал этих слабаков. Смотреть в лицо смерти ему нравилось и даже доставляло удовольствие. Еще чуть-чуть, и Хенк ван Блемендийк распрощался бы с жизнью. Аббат широко раскрыл рот. Лицо его стало сине-красным. Палач знал свое дело. Он умел продлить удушение на четверть часа. Он очень медленно сужал гаротту. Временами слегка ослаблял ее — только чтобы сразу же затянуть туже.

Тарквинон взял короткую подзорную трубу и направил ее на лицо аббата. Миг смерти был совсем рядом. Еще пара ударов сердца — и он предстанет перед Тьюредом. Интересно, отразится ли на его лице встреча с божественным? Он ведь, как ни крути, умирал без вины. Если он не попадет к Тьюреду, то кто же

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.