Меч генерала Бандулы стр. 116
Вдруг Исаев служил на английском корабле?
— Предположение интересное, но беспочвенное, — сказал Евгений. — У нас есть страница из книжки, которая, по-моему, ясно говорит, что корабль был русским. Вряд ли иностранный писатель стал бы говорить про русского матроса «вологжанин».
— Ну, допустим, — сказал Игорь, — что мы узнаем, какой корабль. А потом?
— А потом в архиве надо отыскать корабельный журнал и всякие документы, связанные с этим плаванием. Не может быть, чтобы Исаева, когда он вернулся, не допросили, не записали его рассказа. Вот и найдем.
— Если… — сказал Игорь.
— Да ты скептик! — удивился Глущенко.
— Может быть, — сказал Игорь. Он не знал, кто такие скептики, но признаваться в этом не собирался. — Так вы сегодня напишете?
— Письмо в Ленинград?
— Да.
— Может быть, если найду время. Сейчас мне на прием ехать.
Игорь хотел было сказать, что на прием можно было бы и не ехать, но воздержался.
— А ты, в свою очередь, возьмешь меня к своему старику-историку?
— Разумеется! Хоть сейчас.
— Давай завтра после обеда?
— По рукам, — сказал Игорь.
— Ну ладно, я поехал.
— А кокосовый сок? — спросила мама, входя с тремя высокими стаканами на подносе.
Стаканы запотели, и сок был похож на разбавленное водой молоко. На дно стаканов осели крупинки молотого кокосового ореха, вернее, его внутренней оболочки. Игорь не любил молотые кокосовые орехи и пил сок так, чтобы не взболтать жидкость и не поднять со дна жесткие крупинки.
6. Роджерс увидел мечИгорь проводил Глущенко до машины. Было тихо. Наступило то самое время дня, когда все в городе затихает, истомленное жарой, уставшее ей сопротивляться. Даже последние облачка уходят с неба. Три часа. Пройдет еще час-другой, жара чуть-чуть спадет, и город начнет оживать. Потянутся с озера на молочную ферму буйволицы, проедет автобус, заклеенный рекламами кинофильмов. С его бортов будут целиться в дома и прохожих суровые ковбои и еще более суровые партизаны. Пройдут нестройной гурьбой кули, пробегут, взявшись за руки, ребята в зеленых юбках — из соседней школы, появятся буддийские монахи под красными зонтами. И солнце на закате будет просвечивать сквозь эти зонты и окрашивать в оранжевый цвет бритые монашьи головы.
Но все это будет часа через два, а сейчас самое мертвое время дня. Вот бы выкупаться, но в озере нельзя. Игорь решил было принять душ, как услышал из-за забора:
— Мистер Игорь!
Он обернулся. Ага, вот и Джонни собственной персоной.
— Здравствуй, Джонни, — сказал он. — Как поживаешь?
— Не очень хорошо, — сказал Джонни. — А что у вас нового?
— Я был занят, — сказал Игорь. — Кстати, твоего отца нет дома?
— Он должен скоро вернуться. Он вам нужен?
— Да, у меня к нему небольшое дело.
— О! — сказал Джонни. — Вы занимаетесь бизнесом?
— Как так?
— Зарабатываете деньги?
— Какие деньги? — удивился Игорь.
— А зачем вам мой отец?
Игорь подумал, почему бы не сказать Джонни о мече. Вряд ли мистер Роджерс будет сердиться. Да в конце концов, если даже и будет сердиться, Игорь ведь вольный человек.
— Я хотел показать ему одну вещь, — сказал Игорь.
— Какую? — спросил подозрительно Джонни.
— Бирманский меч. Старинный.
— Зачем показать?
— Ты меня допрашиваешь?
Джонни смутился. Он даже отступил на шаг и почти скрылся за кустами. Оттуда донесся его громкий шепот:
— Он тебя обманет.
— Кто? — удивился Игорь.
— Мой отец.
— Ты его