Библиотека

Меч полководца стр. 112

Размер шрифта
-
+
Тема

и пустыням. Басмачи отлично знали местность, они умели исчезать бесследно, а потом появляться там, где их вовсе не ждали. Но зато в открытом бою они были слабы. В этом Фрунзе убедился на собственном опыте, когда немногочисленная охрана поезда отбилась от банды Курширмата.

Стоило поставить в городе небольшой гарнизон пехоты — и город превращался в неприступную крепость. Такие гарнизоны Фрунзе разместил по всему Туркестану. Во всех городах, на всех железнодорожных станциях были созданы коммунистические отряды. Бедняки кишлаков объединялись в отряды «красных палочников». Они поначалу и в самом деле Сооружены были только палками и самодельными пиками. Огнестрельное оружие «красные палочники» добывали в боях с басмачами.

Летучие кавалерийские отряды начали теснить басмачей из плодородных долин в горы и пустыни. Все чаще красная конница планомерно прочесывала целые районы, где, по сведениям разведки, могли скрываться басмачи.

Случалось, что курбаши, как прежде, налетали внезапно на какой-нибудь поселок или кишлак. И тогда коммунистический отряд, заняв круговую оборону, втягивал басмачей в длительный бой, а вызванная на подмогу конница окружала их с тыла и уничтожала всю банду.

Эти небольшие стычки, вспыхивавшие то здесь, то там, сливались в непрерывное сражение, которое вели в 1920 году войска Туркестанского фронта.

Пустовали хлопковые плантации, стояли заводы и фабрики, бездействовали нефтяные промыслы. Многонациональный Туркестан устал от войны.

Вот почему, одержав первые победы над басмачами, оттеснив их в горы и в пески, командующий Туркестанским фронтом предложил всем курбаши начать мирные переговоры.

И одним из первых принял его предложение Мадамин-бек.

МАДАМИН-БЕК

Тут надо рассказать, что за человек был амир лашкар баши.

Юношей Мадамин-бек очутился в Сибири, в каторжной тюрьме. Его осудили за убийство, и никто по захотел даже выслушать, что он не виновен. В Туркестане царская полиция, чтобы не утруждать себя поисками настоящих преступников, частенько хватала кого-нибудь из местных жителей — и концы в воду.

Эта давняя жестокая обида и привела Мадамин-бека к басмачам. Для пего не было разницы между старой царской Россией и новой, советской.

Мадамин-бек добивался, чтобы весь Туркестан признал в нем нового Чингисхана. Он воскресил древний обычай — собирая всех курбаши, располагался на ханской белой кошме. И торжествовал, видя, как завистливо косятся курбаши на белую кошму.

Года два наслаждался Мадамин-бек своей властью, а потом произошла с ним резкая перемена. Другие курбаши продолжали грабительские налеты на кишлаки и города, а Мадамин-бек затих.

Фрунзе заметил, что Мадамин-бек как будто ищет перемирия. Может быть, ему опостылело быть наемником англичан? Может быть, он понял, что дело все равно проиграно?

Стало известно, что Мадамин-бек готов начать переговоры.

Все знали, как опасно вступать в переговоры с басмачами. Уже не раз случалось, что курбаши приглашал к себе на мирные переговоры красного командира, угощал пловом, занимал цветистой льстивой беседой, а в это время к командиру неслышно подкрадывался один из басмачей и всаживал в спину нож.

Несмотря на это, Фрунзе решил, что поедет на встречу с Мадамин-беком сам. С собой он взял только двух сопровождающих, предупредив их, чтобы никакого оружия у них не было.

Мадамин-бек явился на условленное место в сопровождении целой оравы вооруженных басмачей. Он был в английском офицерском френче, в ферганской тюбетейке — черной с белым. На боку

висела сабля

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.