Библиотека

Михаил Шолохов в воспоминаниях, дневниках, письмах и статьях современников. Книга 2. 1941–1984 гг. стр. 1216

Размер шрифта
-
+
Тема
что среди казачества было от 40 до 60 процентов середняков и только 23 процента – донской буржуазии и кулаков, остальные – безлошадные бедняки. И вообще о казачествах, а их было одиннадцать, история еще не сказала, какую они роль сыграли в судьбах России.

Подав М.А. выдержки из стенограммы выступлений на пленуме Союза писателей, добавил:

– Мою концепцию там разбивали, а эти поддерживали.

М.А., читая эти выдержки, произнес:

– Да, явно два направления. Я согласен, чтобы статью Якименко выкинули из этой книги. В свое время я отказался дать ему поддержку для защиты докторской диссертации о моем творчестве. Что-то не по-русски получается: ты обо мне статью, а я должен тебе дать проход в доктора.

Ф.Б. У руля критики сейчас стоит Озеров. Он делал доклад на пленуме, готовил выступающих, а выступления шли – один «за», другой «против».М.А. На овец и козлищ. Как реагировали циковцы?Ф.Б. Шауро сидел безучастно, без ориентации, ориентировал Озеров. Надо поговорить с Софроновым об их книге. Андриасов дает в ней материал очень бедный, статья Фоменко тоже очень жидка.М.А. Я уже вам сказал, о себе говорить не буду. Разнонаправленность в литературе явление классовое и давнее. Здесь требуется твердая рука ЦК. Я об этом намекал Брежневу, говорил с Сусловым, жмутся, боятся открытой критики, а время придет. А по книге поговорите с Софроновым, пусть отожмет ненужное.

Беседа затянулась; чувствуя это, Бирюков сказал:

– Мы будем короче, Михаил Александрович.

М.А. Нет, нет. У нас время есть, и вопросы к вам будут.Ф.Б. Спасибо. Я написал новую книгу «Художественное открытие в творчестве Шолохова». Сдал в печать, но ей нет хода. Издательство «Художественной литературы» – Соловьев – открутился, а Катаева и Каверина запланировали. Меня поддерживает «Московский рабочий», редактор Мамонтов. Рабочее издательство лучше нас понимает.М.А. Дайте мне телефон Пузикова и других товарищей. Я рад вступиться за ваше направление в литературе. Здоровых сил больше.Ф.Б. Как вы смотрите, чтобы взяться за курирование литературного института?М.А. Это тоже благие намерения. Сам напрашиваться не буду, и у вас это сорвется. – И рассказал эпизод из разговора с А.Н. Косыгиным на съезде партии: – Тогда он затронул меня: «Чего никогда не зайдете ко мне?» – «Если это приглашение, то я рад встретиться»… Встретились мы у него на даче в марте месяце. Дача у него довольно скромная, присутствовали дочь с мужем, внуки. Разговор был продолжительный и откровенный: о войне и военном времени, о героических делах тыла, о послевоенном переустройстве, о Сталине, о делах текущих. Интересуясь, как я вывожу генерала Лукина в книге «Они сражались за Родину», Алексей Николаевич спросил, читал ли я воспоминания Голованова, и тут же дал оценку его книге как наиболее объективному отображению истории войны и роли в ней Сталина. Разговор о Сталине был долгим и откровенным. Мысль была одна – умалчивание роли Сталина во время Отечественной войны выгодно для наших противников. О Сталине надо говорить, он наследник и продолжатель дела Ленина, три десятилетия стоял у руля партии и государства, построено новое общество, крепость которого проверена в огне войны. Естественно, нельзя умалчивать об ошибках и промахах, и не один Сталин в них виновен. Сталин был недоверчив, но кому верил, доверял без сомнения. В 30-е предвоенные годы с приходом к
Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.