Море Имен стр. 255
не грустить, а ждать и надеяться. Алей улыбнулся.
— Да я не грущу, — неуклюже соврал Комаров. — Я это… с собакой гуляю. Вот.
— А чего один?
— А-а… А Инька в лагере.
— Лёнь, — сказал Алей, — да у тебя же друзей целая школа. Неужели все в лагере? Погулял бы с друзьями.
Комаров скривился и опустил голову низко-низко, чуть ли не носом ткнулся в колени. Алей подошёл и присел рядом.
— Да ну… — пробормотал Клён. Тяжело вздохнул и сказал: — Алик, я честное слово дал.
— Не гулять ни с кем, кроме Иньки? — удивился Алей.
— Нет… Делать вид, что всё в порядке. А я… а я не могу так, — Лёнька болезненно зажмурился. — Мне вот, Алик, мне так в груди тяжело. Я не могу. Поэтому я вот всё время гуляю, только один сижу. Чтобы меньше притворяться надо было. У меня не получается. А ты, — Лёнька чуть-чуть оживился, — ты по делу едешь, Алик? Ты к Иньке едешь?
— Да.
Клён прерывисто вздохнул.
— Хорошо, — сказал он. — Вот хорошо как, когда такой брат есть. Если бы у меня такой брат был, здорово было бы. Ты ведь его спасёшь, Алик, правда?
— Обязательно, — сказал Алей и потрепал Лёньку по морковным вихрам. Лёнька фыркнул — и снова ссутулился.
— Хорошо… — повторил он и вдруг сказал с ожесточением: — Я помню, как ты говорил, Алик: «Ты, Лёнька, сам становись таким классным старшим братом». И чего? Я же маленький. Я, может, потом стану. А надо — сейчас. Если бы я сейчас большой был, я бы тоже Иньку спасал. Почему маленькие только в мультиках могут кого-нибудь спасать?!
Луша заскулила, завиляла хвостом и положила голову Алею на колени. Алей погладил собаку и вздохнул. Почему-то он вспомнил себя: как две недели назад, в квартире демиурга Полохова говорил Васе: «Я должен уметь то, что умеет мой отец, и прямо сейчас. Десяти лет на тренировки у меня нет». Он хорошо понимал Лёньку.
И вслед за этой мыслью пришла другая: не столько мысль ещё, сколько смутной озарение, дар интуиции, не дающей промахов. И Алей сказал:
— Нет. Это не так.
Клён моргнул. Посмотрел на него с удивлением. Алей набрал в грудь воздуха, всё ещё не понимая, что он должен узнать. Спросил первое, что пришло в голову:
— Лёнька, а во что вы играли с Инеем? Инька не рассказывал никогда. Это вроде как ваша тайна. Но мне важно узнать.
Клён задумался, поскрёб в затылке.
— Ну… — начал он. — Ну… мы много во что играли, например… знаешь, в овраге такие места есть… там ветки, как будто двери.
— Арки, — подсказал
Алей.
— Ну да. Мы под ними проходили и играли, как будто попадали в другие миры. Как будто если пройти там, где тебя никто не видит, можно попасть в другой мир. И мы играли так, как будто… ну, там на самом деле были другие миры. И мы их видели. То есть… — Лёнька напрягся, подбирая слова: — Ну смотри. Мы попали как будто в другой мир, и я спрашиваю — Инька, ты чего видишь? А он говорит — я вижу большой город, там машины, магазины, всё такое. А я ему — на углу магазин игрушек, правильно? А он говорит, что правильно. А