Библиотека

Московский полет стр. 451

Размер шрифта
-
+
Тема

Боже мой]! – и, закрыв лицо руками, стал раскачиваться, причитая: – Боже! Боже! Мы вскочили, крича наперебой: – Что случилось? – Кого убили? Кто?

– Где Норман?!! – Дайана Тростер двумя руками затрясла Горация за плечи. – Где Норман??? Ты вышел с Норманом! Ты вышел с Норманом слушать этих музыкантов! Где Норман???

– Не is o'key… Не is out there… With the victims…[С ним все в порядке. Он там, с жертвами…] – крикнулГораций за дверь, на улицу.

Мы бросились к выходу. Но тут в двери возникло окровавленное лицо одного из уличных гитаристов, он крикнул что-то по-эстонски, вся эстонская молодежь тоже ринулась к двери и буквально вынесла нас по ступенькам наружу, на Ратушную площадь.

И мы увидели дикую, жуткую картину. Норман Берн сидел на совершенно пустой ночной Ратушной площади, прямо на брусчатой мостовой, и держал на коленях залитое кровью тело одного из молодых эстонских музыкантов. Растопырив правую ладонь, он прижимал ее к груди этого светловолосого парня, но густая алая кровь толчками выхлестывала через пальцы Нормана. А рядом с ним лежал на животе второй гитарист, и такая же алая кровь сочилась сквозь его белую рубашку и лужей подтекала ему под ноги.

А из-за ратуши уже с воем выскочили «скорая помощь» и синяя милицейская «Волга». Мы подбежали к Норману.

– Norman, are you o'kay?

– Yes… I am… – ответил он почти неслышно.

– Что тут случилось?

– Три русских свиньи… они подошли к музыкантам, пырнули их ножами и ушли. Просто.

– Боже мой! – сказала Дайана. – За песню?

– Ну и страна! – произнес кто-то из немецких туристов, стоявших рядом.

50

Ясно, что после этого нам было уже не до сна. Сначала три следователя милиции прямо в вестибюле гостиницы «Виру» выспрашивали у Нормана и Горация приметы убийц, а потом мы до утра названивали в больницу, чтобы выяснить, что с этими музыкантами – выживут или нет? Но ни по-русски, ни по-английски мы не могли ни от кого добиться внятного ответа или хоть какой-нибудь информации. И даже в утренних газетах не было ни слова об этой кровавой драме. Дэнис Лорм тут же предположил, что эстонские газеты решили скрыть это убийство, чтобы не вызвать ответную волну убийств русского населения.

– Как только здесь начнут убивать русских, Кремль тут же введет сюда войска и объявит тут военное положение, – сказал всезнающий Дэнис, когда мы грузили в автобус свой багаж, чтобы ехать в порт. – Am I right, Vadim?

Я кивнул, стоя возле автобуса и все надеясь, что Аня вот-вот появится. Но ее не было.

– Нам пора ехать, – сказала мне Оля, наша интуристовская гидша,

потому что все уже сели в автобус, а я один торчал у входа в гостиницу.

Я вздохнул, поднялся в автобус и стал у заднего окна. Автобус тронулся. Узкие и по-утреннему пустые таллиннские улицы стелились позади него. Редкие прохожие шли по тротуарам, несли в авоськах какие-то продукты. Кто-то проехал на велосипеде. На чьем-то подоконнике лежала сытая кошка, грелась на солнце. Из боковой улицы показался трамвай. А морской балтийский бриз тихо шевелил на домах национальные эстонские флаги. Город жил так, словно ничего не случилось. В порту, у причала, высился «Георг Отс». Этот трехпалубный лайнер финны взяли у СССР в аренду и возят

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.