На перекрестках фэнтези. Сборник фантастических произведений стр. 434
— Какой кот! — восхищались они наперебой, хватая Кузьмича за локти. — Какой славный! Ой, а можно потрогать? Какой он худенький, бедняжка…
Кузьмич словно попал в водоворот. Отовсюду к нему тянулись руки. Он завертелся на месте, в глазах зарябило от разноцветных девичьих курток и шарфиков.
Пришел в себя он только тогда, когда девчушки уже всей толпой штурмовали вход в метро. Проводив взглядом их пеструю стайку, Кузьмич обнаружил, что стоит у палатки, сжимая в руках три мятые десятки. Он смутно помнил, что деньги ему всучили девчата, с наказом покормить кота. Кузьмич пожал плечами и сунул деньги в карман. Крим проводил его руку внимательным взглядом и посмотрел прямо в лицо хозяину.
— Будет, — утешил его Кузьмич, — будет тебе обед.
За следующий час к Кузьмичу подходили трижды. Сначала добрая тетка в дорогом лёгком пальто. Она посюсюкала с Кримом и выдала его хозяину полсотни, «на вискас». Следующим был прилично одетый паренёк, заинтересовавшийся «галстуком» кота и выделивший ему две десятки. Третьим стал, как ни странно, патрульный милиционер. Сначала Кузьмич его испугался и хотел убежать, но служитель закона переглянулся с котом, буркнул, что у него дома такой же, но пожирнее, и дал Кузьмичу мятую сотню, явно экспроприированную недавно у лиц кавказской национальности, отиравшихся около ларьков.
После этого Кузьмич решил, что на сегодня экспериментов хватит, и отправился домой.
В автобусе к нему прицепилась контролёрша, но, увидев кота, оттаяла и посоветовала кормить Крима говяжьей печенью.
По дороге домой Гаркулев зашел в магазин и купил пачку кошачьего корма. Себе же купил яиц, молока и давно уже не пробованного печенья.
5Кузьмич пасся у метро неделю. За это время он обогатился настолько, что купил себе новое пальто — правда по дешёвке, с рук, и наконец-то попробовал все виды печенья, что продавали в магазине. Денежный поток не ослабевал, порой Гаркулеву казалось, что он спит и видит сон.
На то, что его порой называли попрошайкой, он не обижался. Он никогда ничего не просил. Просто не отказывался от пожертвований в пользу кота. А пожертвования делали охотно — многие граждане и гражданки с возгласами: «Какой классный кот!» и «Ути красавчик!» легко расставались с деньгами, наказывая Кузьмичу лучше кормить кота. Что он и делал — кормил Крима до отказа всякими специальными кормами, с ужасом думая о том, что будет, когда кот разжиреет.
Два раза к нему заходил Семёныч. Он был возбужден и не хотел ни о чем говорить, кроме своего великого открытия, которое должно было перевернуть всю современную физику. Правда, Кузьмичу удалось привлечь его внимание идеей о том, что кот гипнотизирует людей, но Мальштейн возмущенно фыркнул и заявил, что классическая наука отвергает идею гипноза животными человека, а те, кто распространяют такие слухи, в своё время просто недоучились в институте. Кузьмич, который даже и близко к институтам не подходил, обиделся и примолк. Но в целом согласился с физиком, списав свои удачи на элементарную человеческую жалость.
Беда пришла на седьмой день, когда некоторые прохожие уже узнавали Кузьмича, здоровались с ним.
В этот день Кузьмич и Крим заработали уже две сотни и мирно закусывали — кот сосиской, а хозяин шоколадкой.
Они стояли чуть в стороне, за ларьками, чтобы не привлекать внимания. Тут