Библиотека

НА СУШЕ И НА МОРЕ 1968 стр. 15

Размер шрифта
-
+
Тема

но…

— Не пойдешь за него? — продолжал Краев. — Свою дочь сосватаю. Весною сюда приедет с матерью… Жена-то за мной в ссылку поехала. Декабристка! Другие от мужей отказывались, бывало такое, а моя верила в меня… Ну как, пойдешь за Нечепорюка?

— Отстаньте от меня со своим сватовством! — вскипела она и отвернулась.

Нечепорюк, узнав о сватовстве, обиделся на Краева, но еще больше, пожалуй, на Веру.

Внезапный гул над головой оборвал раздумья Веры. Она вскинула голову, пытаясь увидеть в клубящемся тумане самолет, но звуки больше не повторялись.

Навстречу с необычайной торопливостью шел Краев со спасательным кругом в руках. Вера подбежала, прочла на круге надпись: «Боевой».

— Где вы его взяли?

— Нашел на берегу. Видать, с судном приключилась беда, — тяжело дыша, ответил Краев.

— Жаль, обшивка внизу сорвана, порт приписки неизвестен, — добавил Солодов.

— По-моему, «Боевой» есть в Олюторском рыбокомбинате.

— Верней, был, — поправил Солодов.

До палатки шли молча. Солодов также молча сложил в углу находки. Краев, отдышавшись, уселся возле печки.

«Что могло случиться? — гадал он. — И как нарочно, пропал Нечепорюк с Серенко. Им бы уже пора вернуться…»

Несмотря на тяжелый, несговорчивый характер Нечепорюка, доставлявшего немало огорчений окружающим, Краев все же относился к нему по-особенному тепло. В свое время по ходатайству Нечепорюка Краев был расконвоирован и назначен коллектором, а после реабилитации сразу переведен на должность старшего геолога.

«И почему я думаю о нем как о покойнике, вспоминаю только хорошее? — рассердился на себя Краев. — Всыпать бы ему следует: не завез вовремя продовольствия. Дотянул до штормов…»

— Константин Николаевич, — тронула Вера Краева за плечо, — садитесь, закусите.

— Благо сегодня есть хоть чем, — поддержал Солодов, накладывая на галету кусок сливочного масла и вторым «этажом» говяжью тушенку. — Хорошо! Бодрит! — фыркнул он, запивая бутерброд кипятком.

Глава 6

Опрокинутый волной сейнер еще раз встряхнуло, и он начал погружаться. В кубрик через рубку прорвался поток воды. Плафонная лампочка, описав траекторию, ушла под воду и тут же погасла. Из камелька, оказавшегося вверху, посыпались искры, раскаленные угли. Зловещее клокотание воды, шипение гаснущих углей, стоны, ругань ошеломленных внезапностью людей наполнили кубрик. Цепляясь за что попало, наталкиваясь друг на друга, люди на ощупь отыскивали опору, вставали на ноги.

Вода быстро поднималась, вытесняя воздух. Вот она по колено, по пояс, но грудь. Когда доверху оставалось три четверти метра, подъем воды прекратился. Образовалась воздушная подушка: давление воды и оставшегося в помещении воздуха сравнялось.

Вначале никто не чувствовал ни страха, ни холода, ни ушибов — все притупила внезапность случившегося. Первым осознал весь драматизм положения Рублев, зажег спичку — папиросы и спички он всегда носил в шапке. В неверном свете потрескивающего огонька вода, наполнявшая кубрик, казалась тяжелой и черной, как мазут, из которого поднимались бледные лица помощника, Пестерева, Амелькота.

— Кто последним видел капитана? — спросил Рублев.

— Он меня на руле сменил, — ответил Пестерев.

— Значит, остался в рубке. — Голос Рублева дрогнул.

— А что там гадать? — Пестерев ринулся к трапу, набрал полную грудь воздуха и, не раздумывая, нырнул.

1714638067_66334cf3de44c.webp

Все, что произошло дальше, заняло в жизни Пестерева всего несколько секунд.

Перебирая руками ступеньки трапа, Виталий уходил в глубину. На военной службе Пестереву приходилось выполнять учебную задачу — выходить из лежавшей на грунте «аварийной» подводной лодки. Но тогда на нем был

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.