Библиотека

НА СУШЕ И НА МОРЕ 1968 стр. 17

Размер шрифта
-
+
Тема

— Чего ждать? Давайте выбрасываться! — внезапно заговорил Пестерев. Спасение капитана окрылило его. Виталий считал, что теперь он способен на все. Он даже пододвинулся к трапу, чтобы, получив разрешение, тут же нырнуть.

— Не торопись, Виталий, — возразил Рублев. — Чтобы пробить такую толщу воды, надо нырять с разгона, а какой тут разгон? Прижмет к палубе — и конец. — А про себя подумал: «Ну, он, может, осилит: парень бывалый. Может, удастся и Дабанову. Повезет, глядишь, и я выберусь. А остальные? Капитан плох, Амелькот не то что нырять, плавать не умеет». — Нет, надо ждать. Нас найдут!

— Самолет пошлют, отыщут, — подтвердил Дабанов.

— Если на море зыбь, с высоты нас не увидишь, — возразил Пестерев.

«Где искать-то нас? Никто не знает даже наших координат. Последняя связь с берегом была у мыса Грозного», — подумал Сазанов, а вслух бодро сказал: — Выберемся!

Все стали перебрасываться фразами. Каждый ждал опровержения своих сомнений, какого-то убедительного довода.

Пестерев вспомнил о гармонии. Вытянув руки перед собой, пошел искать. Гармонь плавала под койкой: вода, видимо, не успела проникнуть внутрь. Матрос бережно обтер ее рукавом, привязал вверху, к ножке стола.

Рядом плескался Амелькот: никак не мог устроиться.

— Давай пристраивайся повыше, на крышку стола садись, она не оторвется, — посоветовал ему Виталий. — Дышать будет легче: углекислый газ внизу скапливается.

Раздались глухие удары. Стучали из машинного отделения.

— Живы! — вырвался у всех облегченный вздох.

Кузнецов, придя в себя, не сразу сообразил, что происходит вокруг. Шумела, бурлила вода, пробивавшаяся откуда-то снизу. Переносная лампа на длинном шнуре, ранее висевшая над верстаком, сейчас плавала, кружась в потоке. Оглушительно ревел оказавшийся почему-то над головой дизель. Ящик с песком, прикрепленный к полу, тоже оказался наверху. В те несколько секунд, пока светила еще лампа, механик успел заметить Нечепорюка, державшегося за поручни трапа. Кузнецов встал на ноги, превозмогая сильную боль в голове. Он провел рукой по волосам — ладонь ощутила липкое. Он не успел даже осознать, что это кровь, как в углу у переборки вспыхнуло яркое пламя.

«Замкнулись аккумуляторы», — пришла страшная догадка. Механик, бредя по грудь в воде, бросился туда. Газы, пар разрывали легкие. Пожар под водой! Огонь пожирал кислород. Скорей, скорей! Аккумуляторы, все четыре ящика, выскочили из гнезд и повисли на проводах. Кузнецов схватился за них. По телу прошла судорога: ударило током. Тогда он локтем оборвал провода, и аккумуляторы упали в воду.

Нечепорюк оказался рядом и тушил горевшие масляные тряпки, обтирочную ветошь.

Огонь погас. Навалилась кромешная тьма. Вода продолжала клокотать, но уже несколько тише. Остановился и дизель. Кузнецову показалось, что он тонет, не теряя сознания. Чтобы избавиться

от этого противного ощущения, шагнул к геологу.

— Это ты? — зачем-то спросил Кузнецов, будто бы кроме них здесь мог находиться еще кто другой. — Ну дела…

Механик и геолог стали рядом, прислонившись к остывающему корпусу дизеля. Кузнецов поймал в воде замасленный мешок и повязал им раненую голову.

Геолог тяжело вздохнул, спросил:

— Сегодня пятница?

— Пятница.

— Да, да, я знаю, — пробормотал геолог. — Сегодня пятница; поэтому смени на чашу кубок свой, а ежели все дни и так из чаши пьешь, удвой ее сегодня: священный этот день особо помяни! — Почему мне вдруг на ум пришли эти стихи?

— Тут не до стихов, — отозвался Кузнецов. — Давай бить по

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.