Не считая собаки стр. 269
амвоном, а толстушка в очках обходила всех по очереди с листком бумаги в руках и что-то выясняла. Возможно, тоже разыскивала леди Шрапнелл.
Орган умолк, и органист пожаловался кому-то в клерестории: «Фанфарный регистр не работает!» Хористы в льняных альбах поверх красных сутан слонялись без дела. Видимо, Уордер все-таки на кого-то спихнула отпаривание.
— Не понимаю, зачем сейчас доделывать изнанку хоровых скамей, — наморщив длинный нос, сочувственно говорила светловолосая девушка парню, наполовину скрывшемуся под скамьей, так что только ноги торчали. — Ее со стороны все равно не видно.
— «Рассуждать не наше дело, — процитировал парень. — Наше дело — исполнять, побеждать иль погибать». Подай лазер, пожалуйста.
— Простите, вы не знаете, где леди Шрапнелл? — отвлек я их.
— Последний раз видел ее в Капелле мануфактурщиков, — откликнулся парень из-под скамьи.
Но ее не оказалось ни там, ни в алтаре, ни наверху в клерестории. Я спустился обратно в неф.
Там сидел Каррадерс, складывая программки чинопоследования.
— Леди Шрапнелл не видел?
— Только что здесь была, — буркнул он. — А мне теперь возись с бумажками. Решила в последнюю минуту перепечатать. — Он поднял голову. — Мама родная, ты его нашел! И где он прятался?
— Долгая история. Куда подевалась леди Шрапнелл?
— В ризнице. Стой, спрошу, пока ты здесь: как тебе Пегги?
— Пегги?
— Уордер. Есть ли на свете девушка прелестнее?
— Ты еще не сложил программки? — воскликнула легкая на помине Уордер. — Леди Шрапнелл велела срочно отдать их служкам!
— Где она? — встрепенулся я.
— В Капелле торговцев.
Я помчался туда, но не нашел ее ни там, ни в баптистерии, а у западных дверей назревала какая-то суматоха. Похоже, придется возвращать епископский пенек на место самому.
Я понес его к Кузнечной капелле, думая, что теперь наверняка исчезнет кованая подставка, но нет, она стояла на прежнем месте, у ограды. Я аккуратно водрузил на нее свою ношу.
Цветы. Нужны цветы. Я завернул к амвону, где возилась женщина в зеленом переднике.
— В вазу у ограды Кузнечной капеллы требуются цветы. Желтые хризантемы.
— Желтые хризантемы! — всполошилась она, хватая наладонник. — Вас леди Шрапнелл прислала? В чине службы никаких желтых хризантем не заявлено!
— Уточнили в последнюю минуту. Вы, случайно, не видели леди Шрапнелл?
— В Капелле ременщиков, — ответила она, втыкая гладиолусы в вазу. — Хризантемы! Где я сейчас добуду желтые хризантемы?
Я поспешил по трансепту на другую сторону, лавируя между хористами и профессорами в мантиях.
— Так! — инструктировал молодой человек, как две капли воды похожий на преподобного Арбитиджа. — Порядок следующий! Сперва кадильница, затем хор. Потом сотрудники исторического факультета, по колледжам. Мистер Рэнсом, где ваша мантия? Было четко сказано: парадная форма!
Я проскользнул за
спинкой скамьи в северный неф, двинулся вдоль колонн — и увидел мистера Дануорти.
Он стоял у входа в Капеллу ременщиков, опираясь на арку. На моих глазах из его руки выпал и порхнул на пол листок бумаги.
— Что такое? Вам плохо? — Встревожившись, я подставил ему плечо, отвел на ближайшую скамью и сам сел рядом, подобрав выпавший листок. — А это что?
Мистер Дануорти слабо улыбнулся.
— Взглянул на детский крест, — проговорил он, показывая на Капеллу ременщиков. — И только сейчас наконец понял. Мы так заняты были устранением диссонанса, вытаскиванием Каррадерса, заданием Финча, что до сих пор я даже не осознавал в полной мере масштабы нашего