Библиотека

Нежность августовской ночи стр. 213

Размер шрифта
-
+
Тема

тысячу лет назад.

– Зина… – Валентин бросился к жене, обнял ее. – Миленькая моя! Не верь этой ведьме! Не верь! Ничего не было… Только ты, только дети… ты самая-самая, ты мой ангел… Разве ж я променяю тебя на кого?

«Ведьме»! Нет, а оскорблять-то зачем? – обиделась Нина. Все-таки какие они неблагодарные, эти мужчины!

Зина попыталась оттолкнуть мужа:

– Нет… Не трогай меня.

– Зиночка! Зина!

– Двадцать лет… все было обманом. Вся жизнь – обман… ложь! – пролепетала мадам Куделина. – Уйди.

– Зина! – Валентин лихорадочно целовал руки жены.

– Все – обман… Неправда. Вся жизнь… – бормотала та.

– Зина… Я тебя люблю! – неистовствовал Валентин. Потом обернулся к Нине, терпеливо дожидающейся конца этой сцены. – Ты… Что ты наделала? Будь ты проклята… – Он затряс сжатыми кулаками над головой.

– Валя… я же люблю тебя! – Нина заплакала от обиды. Она, конечно, ожидала, что Валентин будет упрямиться, отрицать их связь, но то, что он позволит себе оскорблять ее, Нину… Женщину, которая столько лет его ждала, столько вытерпела!

– Господи, как ты мне надоела, – с ненавистью произнес Валентин, глядя Нине в глаза. – Хоть бы ты сдохла. Как мне от тебя освободиться, как?!

– Что ты такое говоришь? – прошептала Нина в ужасе. – Опомнись, ты сам потом будешь жалеть… Валька, мы же две половинки. У нас любовь – на всю жизнь… Мы созданы друг для друга!

– Зина, не слушай ее. Да, у нас с ней было. Но это ничего не значит. Я ее уже давно ненавижу… Меня тошнит от нее.

– Да, тошнит… – возмутилась Нина. – Двадцать лет тебя тошнит! Ты же не мазохист… Не ври, Валечка… ты тоже меня любишь. Просто ты боишься перемен. Зина, вы не думайте, я не стану запрещать ему встречаться с детьми, помогать вам… Я не злодейка, в конце концов!

Стоило Нине упомянуть про детей, как Валентин окончательно взбеленился. Он вдруг подскочил к Нине, схватил ее за волосы, сдернул с подоконника.

– Не смей… Не смей! Ты… я тебя ненавижу. Ты все испортила. Будь проклята, будь проклята, будь проклята!

Нина, плача, пыталась отцепить его руки. Ей было больно – как физически, так и душевно. Подобного поведения от Валентина она не ожидала.

– Да, ты со мной двадцать лет встречался, а я виновата… зато ты весь белый и пушистый… ах тебя соблазнили, с пути истинного сбили… Пусти! – Нина наконец вырвалась.

Валентин стоял посреди комнаты – весь белый, с горящими от ненависти глазами. Он словно хотел взглядом испепелить Нину. А мадам Куделина… да что о ней говорить! Овца овцой… Стоит, глазками хлопает.

Нина в этот момент вдруг почувствовала, насколько отвратительны ей

эти люди, этот дом, эта квартира. Словно пелена с ее глаз упала. И как она могла надеяться, что Валентин уйдет из семьи? И за что она его любила, этого Валентина?.. Разве можно любить мужчину, который способен поднять на женщину руку? Способен произносить вслух такие гадкие, грубые слова?..

Гордость Нины была задета.

– Ну, Валентин… ну ты подлец! – прошептала Нина. – Я тебя… Я тебя знать больше не хочу! Даже если ты ко мне на коленях приползешь – не прощу!

Она выбежала из комнаты. В коридоре замешкалась на миг – из гостиной раздавался грохот, звуки взрывов, смех младшенького… как его там? Санечки. Они

Переход на страницу
Ваш комментарий
Рейтинг

Имя, оценка и комментарий будут опубликованы после модерации. Не указывайте личные данные. Политика конфиденциальности.