Нежность августовской ночи стр. 221
этот момент завороженно смотрел на ноготки. – Ах, она о Нине… О том, что грех встречаться с любовницей. Поздно».
– Куделин, ты меня слушаешь?
– Света… Света, Зина умирает, – пожаловался Валентин.
Пауза. Тишина. Потом взрыв:
– Куделин!!! Как это она умирает?! Зинка? Да ты чего?..
– Она с балкона упала. Вернее, прыгнула. Сама.
– Ох ты… Узнала?
– Да, узнала все. К нам Нина заходила.
– Ох ты-ы!.. – завыла Света. – Ой, ё-о-о… Беда… Куделин, а ты где?
– В больнице Селезневской. Сижу тут, в палисаднике, жду новостей. Но все плохо. Все очень, очень плохо, Света.
Неожиданно в трубке раздались короткие гудки. Валентин нажал на кнопку отбоя.
Сколько потом прошло времени, он не запомнил. Минут тридцать, а может, час.
– Куделин! – завопил кто-то, торопливо приближаясь к нему по аллее. Женщина в белом летнем пальто, которое в первый момент показалось Валентину больничным халатом. Светка Злобина? Откуда она тут взялась?
– Света? Как ты меня нашла? – пробормотал Валентин, с тоскливым недоумением уставившись на бывшую одноклассницу.
– Ты же сам сказал, что в Селезневской… Как она? Как Зина? – Света подбежала и буквально вцепилась в Валентина, в лацканы его пиджака.
– Не знаю… Идет операция, – отвернулся он.
– Так, может, выживет! – со страстной надеждой закричала Света. – Выживет твоя Зина, и все будет хорошо…
– Во-первых, вряд ли. Очень тяжелая травма. Ей трепанацию делают, – тихо произнес Валентин и сглотнул – в горле стоял ком. – Во-вторых… Во-вторых, уже никогда не будет хорошо.
– Неправда!
– Света, не надо. Лучше иди… Иди, я сам.
– А дети? Как дети? Кто с детьми? Я помогу!
– Дети пока не знают. Я Ване позвонил, чтобы он Санечку из сада сам забрал. Лиза еды приготовит, она умеет. Они дружные, справятся. Я Ване сказал, что мама заболела. Правду пока не говорил… Потом.
– Куделин… – В глазах Светы, за очками, стояли слезы. – Ты дурак.
– Я знаю. Я виноват.
– Что, так Нинку любил?
– Нет. Я уже давно ее не любил.
– А что ты тут сидишь?
– Я же говорю – операция еще не закончилась… Куда мне идти-то? – простонал Валентин.
– Куда? – Света на миг задумалась. Ее ноздри раздувались от волнения. – Да хоть в церковь иди – вон она, через дорогу. Помолись за здравие. Чтобы Зина выздоровела!
– Света, я в чудеса не верю. Она не выздоровеет. И потом, двадцать лет обмана… Кто такое простит, кто такое забыть сможет… Такое даже господь бог уже не исправит!
– Ну и что?! Иди! Не сиди тут просто так…
– Сама ты иди… Мне не до тебя! И без того тошно, – простонал Валентин. – Дай одному побыть, а?..
Света некоторое время буравила Валентина испепеляющим взглядом, потом топнула ногой и убежала.
Валентин еще раз наведался к окошку справочной – ничего.
Он снова вышел во двор. Сидеть он больше не мог, сделал круг по больничной аллее. Потом все-таки отправился к проходной, покинул территорию больницы, перешел дорогу. Церковь и правда находилась близко. Вон она – стоит за оградой, среди берез. Тишина, зеленые листья, солнечные лучи бегут по асфальту.
Валентин вошел внутрь, глядя себе под ноги. В бога он никогда особо не верил. Он просто использовал сейчас последний шанс. Других шансов у него не было.
В храме было полутемно, тихо – еще не время службы, да и день