О голубка моя стр. 88
в Егоре, и лицо у нее… светилось, что ли. В первый раз Юрий такое видел – как лицо человека может светиться от радости.
– Тая, я все беспокоился за Лидусю, а зря… Она с мамой. Мама, моя мама, понимаешь, так вот, моя мама за ней приглядывает сейчас. И маме хорошо – она же с Лидусей теперь.
– Егор, не надо… – сдавленно произнесла Тая.
– Это правда. Я их видел! – ликующим голосом перебил Егор. – Я их не узнал сначала. А потом вспомнил, что мама в черный цвет однажды покрасилась. Когда я учился в пятом классе. И пальто у нее такое же было… Я забыл об этом. А тут увидел ее и вспомнил. Все хорошо. Все очень, очень хорошо… И Лидусю я узнал! Ей сейчас семь, как раз первоклашка…
«Он с ума сошел!» – с тоской подумал Юрий.
– Юрка, друг, и ты здесь! Как же все хорошо! – ликовал Егор. – Если бы вы знали, как я счастлив, как я вас всех люблю!
Но тут пришел доктор, Егору сделали укол, Юрия с Таей выгнали из палаты.
Потом доктор вышел в коридор и объяснил ошарашенным Юрию и Тае, что реакция Егора нормальна. Что часто больные, очнувшись, ведут себя вот так, странно и говорят странные вещи, словно не владея собой, своими эмоциями. Но потом, со временем, это проходит.
Наоборот, сейчас надо радоваться тому, что лекарство подействовало и Егор пошел на поправку.
– Пусть он спит, это уже не кома, а сон. А вы пока отдохните, братцы, – добродушно посоветовал доктор. – Все равно я вас в ближайшие часы к пациенту не пущу, ему покой нужен.
Юрий взял Таю под руку, повел ее за собой.
– Куда ты меня ведешь?
– В кафе. Тут через дорогу есть кафе. Надо перекусить, я считаю.
– Значит, все хорошо? До сих пор не могу поверить, что он очнулся. – Тая осторожно освободила руку, провела ладонями по своему лицу.
– Ты как будто не рада, что Егорка очнулся!
– Я рада. Очень. Но я немного испугалась. Когда он о Лидусе вдруг заговорил…
– И что? Мало ли что Егору в коме привиделось!
– Он очень переживал из-за Лидуси. Переживал, что не смог ее защитить. Он не просто переживал. Он буквально изводил себя. Он и к этим Шевкуновым поехал, потому что… – Она не договорила, махнула рукой.
Юрий с Таей вышли из больницы на оживленную улицу. Было уже темно, но воздух – теплый, весенний, пах свежей, только что распустившейся зеленью. Огни вокруг, поток машин. Город жил своей жизнью.
Тая остановилась и разрыдалась неожиданно. Все-таки ее нервы не выдержали.
– Ну что ты. – Юрий обнял ее. – Ну что ты…
Он ведь почти забыл о ней. О том, как ее присутствие рядом тревожит и волнует. Он старался подавить в себе все эти воспоминания о том времени, когда они сидели вместе в палате Егора.
Но именно сейчас Юрия тоже словно прорвало.
С какой-то мучительной нежностью он теперь обнимал Таю, проводил ладонью по ее затылку. Прижимал ее к себе изо всех сил.
И испытывал острое желание – то самое, которое, казалось, почти потерял.
– Нет. Перестань. – Тая оттолкнула его. – Не надо.
– Прости. Прости, я не нарочно.
– Все в порядке. – Она нашла в себе